Молоко и пепел

Старый усатый жук не знал, что он навозный.
У него не было ни родни, ни знакомых.
Он одиноко жил возле крылечка старушки, такой же старой и одинокой. В холода жук перебирался в дом. Там в стареньком шкафу, среди каких-то странных тряпок ему было уютно.
Жук ел мёртвых мух, комаров и другую мелочь. Этой пищи было много и возле дома и в самом доме. Особенно много съестного по углам…
Старушка ела кашу, которую варила на воде. Добыча воды из колодца-дело трудоёмкое.  Но каши в доме было много.
 Ещё раз в неделю ей приносили литр молока.
Старушка наливала целую кружку молока и выпивала.
Вторую кружку она переливала частично в старую пепельницу, которую ставила на табурет.
Она думала, что в доме живёт домовёнок с глазами её возлюбленного.
Возлюбленный умер много лет назад.
Жук знал, что чужое трогать нельзя и только один-одинёшенек разочек
он выпил… целый огромный глоток. Было вкусно. Но нельзя.
Старушка в прежние времена работала дояркой. Запах предметов в этом доме так нравился жуку, что он никогда не ушёл бы из этого дома, если бы не случай.
Было это холодной зимой.
Старушка выпила молока. Жук слышал, как она говорила человеку-женщине, что озябла и неважно себя чувствует.
Она всё же поставила молоко домовёнку. Жук чувствовал в этот день впервые его взгляд.
День был странный.
Старушка затопила печь и залезла греться. Она уснула и спала она очень долго. А за печкой кто-то всхлипывал, жуку даже становилось страшно. И знал ведь, что все в доме свои.
Изба уже начала остывать и жук ждал, когда его хозяйка встанет. Но она почему-то начала громко стонать. По отдельным словам внутри стона было ясно, что старушка просит о помощи. Жук посмотрел в ту сторону, где раньше были всхлипы. “Сейчас ещё день и хоть что-то видно должно быть,”-он так подумал. Но в запечном сумраке еле еле были видны два жёлтых глаза и кто-то кашлянул.
Жука постепенно начал пробирать холод. “Каково там старушке, совсем затихла. Может уже вечер, за ним придёт ночь с чёрными глазами…”
Стало совсем темно и совершенно тихо, и ещё холодно. У жука дрожали усы от страха и холода. Эта темнота словно съела все предметы в стареньком доме. Она съела старушку, домовёнка и всё-всё кругом.
 Жук решился. Ему хотелось глоточек, только один, Он взобрался на табурет и подошёл к пепельнице. Пепельница в этот раз стояла на самом краю. Жук не рассчитал и нечаянно он, или может что ещё, подтолкнул пепельницу. Пепельница шумно упала на пол. Молоко рассыпалось как пепел.
Проделав долгий путь, даже через день жук выбрался из страшного дома. Он упал перед крыльцом. Он замерзал как засыпал… Были шаги… Много… Голоса…
И он услышал, умирая: “Бабушка замёрзла на печке.”
Последней мыслью жука было: “Хорошо, что не упала… Пепел…”