Пинхас и Зимри

«Всякий, кто украдет кружки для возлияний (Числа, 4. 7), или станет проклинать кого-нибудь  , или вступит в половые сношения с сирийскою (языческою) женщиною, должен пасть от руки Kannaim».


Пинхас, к чему ты не воздал любви?
Язычница Зимри взывает к небу!
Но тело вынесут , отдав копью судьбы!
Принцессу Косби стукнув о колено!
Преосвященства титул был теплей…
Чем жизнь “язычников” законородных ,
Грех собирать дрова в субботу ,
    Салпад не думал про работу ,
Костер ,
        что - б кости обогреть ,
      Но  им  прикажут умереть.
Пять дочерей удел поделят
 среди евреев место получив ,
Земле "обетованной" не поверив,
В наследство титулы и славу обретут!
И вновь когда о свадьбах разговоры
нам  Моисей сказал, что - б не делив ,
     За дяди  - сыновей отдали их.
Пускай останутся наделы все в семье!
А так же деньги, не среди чужих!




Это правило Талмуд (Сангендрин, 82аб; Иер. Санг., 27б) поясняет в том смысле, что, хотя вышеупомянутые преступления и не подлежат уголовному преследованию, они относятся к той же категории провинностей, как проступок Зимри, которого Пинхас, «будучи ревностным слугою Бога своего», убил на месте преступления (Чис., 25, 7, 8). Пинхас выставляется примером усердия и носит прозвище «Kannai ben Kannai» (Зелот, сын Зелота), поскольку он подражал Леви, сыну Якова, отмстившему избиением мужей Сихема за поругание сестры своей Дины (Сифре, Числа, 131; Сангедр., 82б; ср. Книгу Юбилеев, XXX, 18, 23, где сказано, что Леви был избран на священство за свою ревность в отмщении врагам Израиля, и кн. Юдифь, IX, 2—4, где Симеон, предок Юдифи, прославляется за свое усердие).