Поздний ужин. 1956

                Моим ровесникам,
                которых нет.
                А было нам тогда
                по девятнадцать лет.


Был ужин солдатский -
         сухари и тушёнка.
К нам третьей прибилась
         поесть собачёнка.

Говорить не могли,
         молча пили и ели.
Венгерские звёзды
         в глаза нам смотрели.

Засапожные ложки дружно
          в банке стучали.
Мы палинку пили
           и в кружки молчали.

Мы выпили снова.
           Во рту было горько.
Густо порохом пахла
           моя гимнастёрка.

Потом и порохом -
           вспомню когда-то.
Мы были с тобой
            молодые ребята.

Мы час просидели
             и ели. И пили.
И банку тушёнки
              по-братски делили.

                24.04.22.-25.01.26.
                Нью-Йорк.


               

               
               


Рецензии