Воспоминания о флоте, и не только

                Племяннику и крестнику моему,
                Алексею, Лёше               
                В день рождения его отца,
                Моего брата
                Леонида, Лёхи- ПОСВЯЩАЮ.


   У меня с младшим братом, Лёней
Разница в десять лет.
Я уже говорил - у мамы
Нас было шестеро,
И он оказался последышем.
   Так вот, когда я ушёл служить на флот,
Ему было восемь.
А когда призвали его, туда же,
На Тихоокеанский, я был
Старший лейтенант милиции,
Служил в уголовке, и специально
Путёвку выпросил в санаторий во Владивосток,
Чтоб встретиться с ним там,  салагой,
Только что призванным,
Поддержать чтоб, пообщаться.
   Как помню - октябрь, 5 число,
В Тюмени морось, плюс тринадцать.
Свитер на мне, лёгкая курточка сверху,
Через Оренбург на Владивосток-
При подлёте голос стюардессы:
"Прошу внимание, за бортом плюс двадцать пять,
Пристегните ремни, посадка".
Снимаю с себя лишнее, не верю, выхожу на трап
- А там... Что вам рассказывать!
   Неделю лежал на пляже, загорал,
Смотрел на небо, боялся:
Вот-вот   его закроют тучи, пойдёт дождь,
А я не успею загореть.
Надоело лежать, поднялся, весь чёрный
(загорелый, в смысле),
Поехал во Владивосток на электричке.
   Прошёлся с тайною мыслью по набережной,
И увидел крейсер свой, на котором служил -
"Дмитрий Пожарский"!
Радости не было конца!
Он здесь, не в походе, не в доке!
   Спустился вниз, поднялся по трапу,
Отдал честь флагу , как и положено,
Повернув резко налево голову -
Я же не в форме- не могу честь отдать,
Приложив к козырьку руку,
И, как дОлжно быть, подошёл вахтенный,
Лейтенант: "Что вы хотели,
Зачем пожаловали?"
   А я, вытирая нечаянную слезу,
Объясняю: "Соскучился по моему кораблю,
Шесть лет не виделись".
   Созвонился лейтенант, сказал,
Что меня ждут, и отправил к старпому,
Спросив, как бы нечаянно:"Вас проводить?"
Да я во сне постоянно видел, и знал, и помню...
"Спасибо, я сам", и пошёл.
   Кавторанг меня встретил-
Для непосвящённых -капитан второго ранга,
Для сухопутных - подполковник.
Пообщались, и тут же сигнал на ужин,
И я первый раз в жизни
Пошёл вместе с ним - он пригласил -
О чём я и не мыслил, когда служил,
В офицерскую кают-компанию!
   Меня представил как гостя, офицера милиции,
Все согласились,  приняли, а потом попросили
Вечером выступить перед личным составом.
Я рассказывал после ужина, как я дошёл
До жизни такой, от матроса до старшины
(на корабле), от рядового до офицера (на земле),
Звал к себе (в Тюмень, на службу).
Отправили на такси, просили заходить
(при случае), а внутри у меня...
На каких-то натянутых нервах - струнах 
День прошёл.
   Благодарен я и судьбе, что свела меня
С последними днями корабля
(вскоре отправили на металлолом,
Устарел, говорят, для флота),
И с людьми,
Что запомнили меня ещё тогда,
Служил когда, и приняли, уже как офицера!
Склоняю голову свою в память!
   А на другой день поехал на Русский остров -
Там мой брат, Лёня, проходил
Начальный этап своей службы.
Это потом он служил, как положено, на корабле,
А тут проходил "курс молодого бойца".
   Подъехал, а там паром, и по пропускам только,
И погранцы стоят при входе на паром.
Представился, сказал зачем, улыбнулись
И пропустили. Я зашёл на паром - и не знаю куда:
Ведь там, на Русском, штук двенадцать школ,
То есть, воинских частей: где кого искать?
   А тут стоят рядом со мной два лейтенанта,
Спрашиваю, как дела, и прочее, по теме.
Так мы же туда же! И выходим на берег,
И показывают, куда мне идти.
   И пошёл я в штаб, сразу к начальнику.
Так и так, хочу видеть брата,
Тем более, пятница сегодня
И два выходных впереди.
Отпустите его со мной на выходные.
Документы проверили мои, как и положено,
Позвонили, сказали, чтобы пришёл.
Заходит: чумазый, весь в копоти и саже,
В синей матросской робе измазанной,
Чуть не строевым шагом, меня не видит,
И сразу к капитану первого ранга с докладом:
"Прибыл по вашему приказу".
"Хорошо, что прибыл, как себя чувствуешь?"
"Отлично себя чувствую, готов..."
"Да оглянись. Узнаёшь?"
Брат оглянулся - и обалдел.
"Ты?! Откуда?! Да чтоб я.., да чтоб тебя...!"
И мы стояли, обнявшись, а я и забыл,
Что был в белых брюках и светлой рубашке,
И вся сажа...
   Каперанг спрашивает у брата: "Полчаса хватит?"
"Да я, да за пять минут..."
"Значит, так. Отпускаю тебя
На все выходные, с сегодняшнего дня.
Но чтоб в воскресенье к девяти часам вечера
Как штык был в части.
И трезвый. Понял?"
"Так точно, буду, как штык"
"Свободен".
И он убежал.
   А потом оторвались мы,
Ну, не так, чтобы очень.
Привёз в санаторий, знаю,что на выходные
Часть отдыхающих уезжают куда -то там,
А на них готовят в столовой.
Подошёл, говорю:"Девочки, закормите его
Котлетами и вкуснятиной, и вообще,
Матрос молодой, одинокий к тому же".
   И ведь правда, подпрыгивать начали
Вокруг него все два с половиной дня.
И у меня, где я жил, в комнате,
Товарищ, деливший её напополам со мной,
Накануне сказал, что уезжает на выходные.
   Кайф! Всё так удачно сложилось,
Что брат вместе со мной
В одной комнате ночевал и не голодный.
   А мы с ним, только поели в столовой -
Он ещё и добавку просил, и ему с собой
Девчонки котлет наложили -
На пляж побежали.
   А у меня там - познакомился при заезде -
Мичман в отставке, смотритель всего
И самый главный - под залог выдавал лодки,
 Чтоб можно плавать на них было по бухте
Золотой Рог! Но с ограничением:
Не каждому давал, фейсконтроль подводил,
Требовал не нырять с них,с лодок,
Не заплывать за буйки и не пытаться
Покинуть нейтральные воды,
И всё в бинокль выглядывал нарушителей.
Серьёзный мужик!
А я, когда только заехал,
В санаторий, в смысле,
Пришёл на пляж, а ещё никого,почти,
Всё у него узнал - ну интересно же,
Смотрю - он грустный. Спрашиваю:
"Ты чего такой?". "Да-а.."
"Понял. А будешь?"
"А почему нет?"
И мы с ним долго сидели на берегу,
На закат смотрели, он мне
Про мичманскую свою жизнь рассказывал,
Я ему про флотскую службу свою, и пили водку.
   А тут брат, Лёня! Я его познакомил с мичманом,
Он нам без всяких залогов дал лодку
И сказал, чтоб не подвели.
   А мы с Лёнькой напокупали, несли с собой в сетке
Вино "Каберне". Обожал я его тогда,
Толстенькие бутылки в оплётке соломенной.
Сели, поплыли, я и забыл,
Что не взяли с собой штопор -
Там же, у "Каберне", пробковая пробка.
Ну, говорю, приплыли, когда вспомнил,
Что нет открывашки.
   И тут осенило: я говорю " брат, держи между ног".
"Что держать?" - спрашивает.
"Бутылку, говорю, держи".
Он держит, я вставляю уключину напротив пробки
И говорю:" Держи и её" и вторым  веслом ударил.
Удар - и мы вскрылись, правда,
Часть горлышка откололась,
Зато мы открыли бутылку.
   Я ему говорю:"Не допивай до конца,
Там стекло может остаться".
И вот так мы этот день провели.
И пили вино, и ныряли с лодки, заодно загорали,
И ели котлеты, что ему
Девчонки с собой дали, и про ужин забыли.
   А я поглядываю и помню:
Не заплывать за буйки, тем более,
В нейтральные воды.
Вам смешно, а там же течение,
Вынесет вас в океан без желания вашего -
Это же бухта Кривой Рог!
И второй день так же прошёл,
И третий - и 13, и 14 и 15 октября 1978 года -
Со смехом, вином, на лодке, под солнцем,
И счастьем: я видел его
В глазах моего брата Лёньки,
Свалившегося нечаянно на него!
  А вечером,15, надо выезжать, а Лёня совсем устал,
И как его отправлять, одного, на электричке:
Целых сорок минут будет ехать,
А потом на паром, а там погранцы -
А вдруг патруль?
   И я поехал его сопровождать,
Как почётный эскорт.
   Доехали, переплыли,
На КП он доложился,
Ладно, что не заставили в трубку дышать.
"Ну, всё, - говорю, -
Давай в казарму, иди спать".
   Уже повернулся, чтобы этим паромом
В город вернуться, и вдруг
Дежурный по КП говорит:
"Начальник штаба вас ждёт,
Чтоб доложили лично".
   Я понимаю, этот приказ не для меня,
Для Лёньки, а он уже почти в казарме,
И он устал. Твою мать..
А что, подумал я, приказ есть приказ, и я пошёл.
   Захожу:"Товарищ капитан первого ранга,
Старший лейтенант милиции к разносу готов".
   А он стоял у окна, как Сталин,
Спиной ко мне, непоколебим.
Он, меня услышав, понял, конечно, сразу,
Кто, и почему, и зачем.
   Медленно повернувшись, спросил:
"А брат где?"
"Отправил спать в казарму.
Бодрый, я уверяю.
Завтра будет в строю".
   "А почему не он пришёл, я же приказывал?"
"Так, товарищ каперанг, он уже ушёл,
А я, подумал, приказ есть приказ,
Там, на КП, не знают ведь,
Для кого он звучит, вот и передали мне.
И потом, вы ведь старый морской волк,
Знаете, что, когда, матросы
Сходят с борта на берег, иногда употребляют,
Пусть и чуть-чуть,
Но, возвращаясь, спотыкаясь даже,
Могут упасть только головой вперёд,
Что означает, что торопился матрос на корабль,
И ему это прощают.
А если наоборот...
   Я видел, когда наш корабль, стоя на рейде,
Катер принимал с берега, и на нём
Возвращались матросы из увольнительной .
С борта сбрасывали сеть и грузили туда тех,
Кто не мог самостоятельно стоять на ногах.
   Поднимали сеть на борт, переворачивали,
И вызывали дневальных по боевой части ( БЧ),
Чтобы опознавали своих и разбирали.
   "Так вы что, служили на флоте?"   
"Да, я служил на корабле, три с половиной года".-
"Служи и дальше. Понял я.
Сегодня  служил ты для брата.
А вообще... Паром тебя ещё ждёт,
Я предупредил их. Желаю удачи".
   И я уехал. Подумал:
Какая насыщенная у меня жизнь была
В эти три дня!
   И крейсер, где я служил,
И брат с его каперангом...
И месяц какой - октябрь!
Ни одной тучки за всё это время!
   Октябрь знал, для чего я сюда приехал!
И я на всю жизнь запомнил
И эти чувства, и эти дни,
И молодость невозвратную, и брата
С большими глазами, полными счастья,
И себя, довольного до не могу.
   Спасибо тебе, октябрь,
В тысяча девятьсот семьдесят восьмом году!

 
 05 апрель 2022