индустриальное

я решил, что это горы,
горы натуральные.
Оказалось, это мусор —
горы, горы мусора.

Принакрыты плесневым,
мутным серебром,
живут отходы весело
и не помнят свойств.

Никого не слушают.
Да и кого? Пустырь?
Не внушают ужаса
мусора хребты.

Ты решил, что это горы?
Горы натуральные?
Не ведись, ведь это мусор,
хучи-кучи мусора.

2

Столь долгожданный спектакль похорон.
Люди без свойств не знакомы с покоем.
Пристраиваются к ситуации, как могут.
Выглядит это довольно пестро.

Мертворожденный проволочный снегопад
топчет их гладкие, под напряжением
вакуума головы, как неуклюжая кукла.
Кто-то плачет, но не выпадает из шоу,

переехавшего катком обезьяну-солиста.
Движению больше не нужен лидер.
Стихотворению — форма. Однако без той,
безличной, которая между нами, — по-прежнему никуда.

Стилистики облик бедовый,
как призрак, стоит. Авалон!
По лестницам-норам кротовым
коттеджей пространных снуём.

Медузы-химеры химозного пара
стоят и не тают. Случайная мысль:
пространство и время — хорошая пара,
а время и нервы — как ты и твой криз.