В память о коте Умке

Тебя зимой я повстречал,
то был январский зимний вечер.
Никто тебя не замечал,
лишь обдувал холодный ветер.

На люке ты покорно ждал,
хотел, чтоб кто-нибудь заметил.
Еще болезней ты не знал,
а мир вокруг был прост и светел.

То место важно для меня,
кормил я там кота другого.
Кормил, не пропуская дня,
и так же подобрал больного.

Тот кот  не выжил – мир жесток,
остались в памяти два года,
еще анализов листок,
и вот всё повторилось снова.

Была при  встрече шерсть бела,
был добрый взгляд кота ручного.
Судьба с тобой меня свела,
тебя я принял как родного.

Пенял на самовыгул я.
Как, думал, отпускать такого?
Ведь кот, он тоже ведь семья,
а тут опасностей так много!

А ты уже бездомным был,
и просто жил в подвале дома.
И про комфорт уже забыл,
средь темноты бетонных сводов.

Но был ты явно из семьи,
любовь людей была знакома,
вот только годы те прошли,
лишь грусть остались и свобода.

Не знаю, что произошло,
и что с пути свело прямого,
но время незаметно шло,
и было много не простого.

Прожил ты много сложных дней
когда в подвал вход забивали,
когда морозы всё сильней,
или в жару все изнывали.

Тебя кормили, как могли,
лечили понемногу тоже,
но от беды не сберегли,
хотя я верил, что мы сможем.

А ты был добр и терпелив,
и всё переносил спокойно.
Был взгляд твой весел и игрив,
терпел невзгоды жизни вольной.

Но у всего есть свой предел,
три года быстро пролетели.
Беспечно был ты горд и смел,
когда котов бои кипели.

Болезней в драках нахватал,
года тревог всё изменили.
Жаль в первый год не подобрал,
а ведь возможности то были…

Всё думаешь куда еще?!
Но подбираешь кошку снова,
и вроде бы и ничего,
зато живёт, зато здорова.

И ты прижился как родной,
ты словно оказался дома.
Нашел любимый угол свой,
как будто было всё знакомо.

У батареи спать любил,
тебе тепла так не хватало.
В комфорте мало ты пожил,
и вот тебя уже не стало.

Я всё старался откормить,
всё думал что это поможет.
Спасти! Еще помочь пожить,
теперь лишь только совесть гложет.

Тебе ничто не помогло:
ни класс кормов и не лекарства,
ни знанья сильных докторов,
с тобой по клиникам мытарства.

Увы, судьбу не победить,
а жизнь бывает и жестока.
И мир, увы, не изменить,
не отодвинуть смерти срока.

Прощай мой Умка,
Ты стал мой, хотя кормили и другие.
Тебя я взял к себе домой,
мы хоть не долго, вместе жили.

Четыре года малый срок,
но это все-таки эпоха.
Прими прощанье этих строк,
прости коль что-то сделал плохо.