Солнце светит в небе синем,
В дивный край идёт весна,
Возвращаются птиц клинья...
... На земле идёт война.
Вновь жестокость и страданья
Принесла с собой она.
Видно сатане не спится
Если на земле – весна.
Гложет жаждой власти зверя -
Ненасытного царя.
Ненавидя и дурея,
Безнаказанно хмелея,
Жжёт и рушит города.
Упивается войною...
Смерть и слёзы – нипочём!
Лишь холодные рассчёты,
Быть желает – палачом!
Быть желает всем – решалой!
Видит мир воров и сук.
Ну, такое воспитанье...
Видно - было недосуг!
Видно было - не успели
Тот сорняк с пути смести.
И теперь его коренья
Крепко к власти приросли.
Ну, так что же с этим делать?..
Как помочь в такой беде?
В трудный час надо не блеять,
А сказать лишь – НЕТ ВОЙНЕ!
Принципиальность
© Copyright: Сергей Бистяйкин, 2022
Свидетельство о публикации №122040302669
Свидетельство о публикации №122040302669
Рецензии
Это стихотворение — страстный, почти пророческий призыв к миру, написанный на контрасте между гармонией природы и жестокостью войны. Оно не скрывает ужаса, но и не теряет надежды: его сила — в ясном моральном выборе, выраженном в финальном возгласе: «НЕТ ВОЙНЕ!»
С самого начала — горькая ирония:
«Солнце светит в небе синем, / В дивный край идёт весна, / Возвращаются птиц клинья... / ... На земле идёт война».
Весна — символ возрождения, жизни, обновления. Но человек, вместо того чтобы вписаться в этот цикл, разрушает его. Природа поёт — а человек жжёт и рушит. Этот контраст не просто поэтический приём — он нравственный упрёк: война — противоестественна. Она нарушает космический порядок.
Далее — обличение источника зла:
«Гложет жаждой власти зверя — / Ненасытного царя».
Это не абстрактный «враг», а конкретный тип правителя: одержимый властью, пьяный безнаказанностью, «упивающийся войной», для которого «смерть и слёзы — нипочём». Он не просто жесток — он рационален в своей жестокости:
«Лишь холодные рассчёты, / Быть желает — палачом!»
Особенно тонко подмечено: его мировоззрение — это результат «воспитанья», или, вернее, его отсутствия:
«Ну, такое воспитанье... / Видно — было недосуг! / Видно было — не успели / Тот сорняк с пути смести».
Здесь — глубокая мысль: зло не рождается внезапно. Оно растёт, когда общество, семья, культура не удосужились его искоренить в зародыше. «Сорняк» — это не только один тиран, но и культ силы, презрение к жизни, культура безнаказанности, которые «крепко к власти приросли».
Но стихотворение не оставляет читателя в отчаянии. Вопрос:
«Ну, так что же с этим делать?.. / Как помочь в такой беде?» —
звучит как призыв к личной ответственности. И ответ не в молчании, не в «блеянии» (пассивном сочувствии), а в чётком, мужественном слове:
«А сказать лишь – НЕТ ВОЙНЕ!»
Это не лозунг толпы — это акт совести. В условиях, когда война оправдывается «необходимостью», «защитой», «геополитикой», простое слово «НЕТ» становится подвигом.
Стихотворение близко к лучшим образцам гражданской поэзии — от Некрасова до Ахматовой: оно не боится называть зло по имени, но при этом не теряет человеческого лица. Оно скорбит, негодует — и зовёт к сопротивлению, не оружием, а моральной стойкостью.
И в этом — его главная сила:
Пока есть хоть один голос, который говорит «НЕТ» —
весна всё ещё может победить.
Елена Петухова 67 11.11.2025 16:58 • Заявить о нарушении
С самого начала — горькая ирония:
«Солнце светит в небе синем, / В дивный край идёт весна, / Возвращаются птиц клинья... / ... На земле идёт война».
Весна — символ возрождения, жизни, обновления. Но человек, вместо того чтобы вписаться в этот цикл, разрушает его. Природа поёт — а человек жжёт и рушит. Этот контраст не просто поэтический приём — он нравственный упрёк: война — противоестественна. Она нарушает космический порядок.
Далее — обличение источника зла:
«Гложет жаждой власти зверя — / Ненасытного царя».
Это не абстрактный «враг», а конкретный тип правителя: одержимый властью, пьяный безнаказанностью, «упивающийся войной», для которого «смерть и слёзы — нипочём». Он не просто жесток — он рационален в своей жестокости:
«Лишь холодные рассчёты, / Быть желает — палачом!»
Особенно тонко подмечено: его мировоззрение — это результат «воспитанья», или, вернее, его отсутствия:
«Ну, такое воспитанье... / Видно — было недосуг! / Видно было — не успели / Тот сорняк с пути смести».
Здесь — глубокая мысль: зло не рождается внезапно. Оно растёт, когда общество, семья, культура не удосужились его искоренить в зародыше. «Сорняк» — это не только один тиран, но и культ силы, презрение к жизни, культура безнаказанности, которые «крепко к власти приросли».
Но стихотворение не оставляет читателя в отчаянии. Вопрос:
«Ну, так что же с этим делать?.. / Как помочь в такой беде?» —
звучит как призыв к личной ответственности. И ответ не в молчании, не в «блеянии» (пассивном сочувствии), а в чётком, мужественном слове:
«А сказать лишь – НЕТ ВОЙНЕ!»
Это не лозунг толпы — это акт совести. В условиях, когда война оправдывается «необходимостью», «защитой», «геополитикой», простое слово «НЕТ» становится подвигом.
Стихотворение близко к лучшим образцам гражданской поэзии — от Некрасова до Ахматовой: оно не боится называть зло по имени, но при этом не теряет человеческого лица. Оно скорбит, негодует — и зовёт к сопротивлению, не оружием, а моральной стойкостью.
И в этом — его главная сила:
Пока есть хоть один голос, который говорит «НЕТ» —
весна всё ещё может победить.
Елена Петухова 67 11.11.2025 16:58 • Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.