О проблемах нынешнего Лукоморья

Проблемы выросли, словно грибы.
Никто не в силах до конца их мог предугадать,
Чтоб столько санкций на Лукоморье махом навалилось.
Вопрос возник, как вороха проблемные все разгребать.
Теперь котам в бриллиантах от Сваровски,
В ступах от Боинга и Аэрбаса,
По заграницам побалдеть не полетать.
У бабок Ёжек избы все на курьих ножках.
Те, что по свету белому они скупали не дуром,
Теперь все однозначно конфискату подлежат
И в них устроят кладоискательский погром.
По стадионам тридцать витязей прекрасных,
Не станут больше спортивных игр играть.
В консерваториях, музеях и театрах.
Великих классиков всех Лукоморских
В анафемах лишь будут поминать.
Хвост у Русалки напрочь отчекрыжат,
Чтоб как то гендерность её установить.
А то неведомо под каким номером,
Она родителем вдруг сможет быть.
С дубовой рощей с нею всё понятно,
Срубив дубы , решат в Икею срочно сдать.
Пускай из них гробы строгают,
А то на западе давно весь лес похерили,
И все её людишки засобирались поголовно,
Без нефти, газа вусмерть замерзать.
Срочно всем санкциям нам надо дать ответку,
Всю черномора рать до смерти испужать.
Довольно припугнуть триадой ядерной,
Чтоб те замаялись потом портки стирать.
А лешаков, воспитанных в бендеровских идеях,
В оставшейся дубраве изловить,
Денацифировав подвергнуть острактизму,
На веки-вечные в кутузку засадить.
Да невесёлая картина получается,
Да только нечего греха таить.
Вновь Лукоморье на перепутье оказалось,
Одна надежда только лишь осталась
В дни лихой годины, цепь золотую,
Которая в сусеках где то затерялась,
На дуб зелёный заново прибить.
Вернуть кота пусть снова сказки бает,
И под шафе мурлыча старенький мотив,
Толпы Русалок мимоходом охмуряет,
Из одурманенных их душ вон изгоняя
Дебильно впиханный в них толеранства негатив.
А Лукоморье, пережив проблемы эти,
Воспрянет с новой силою от сна,
И птицы запоют в ветвях дубовых,
И в Лукоморье вновь придёт весна.