Таланту А. П. Чехова. Картинки из прошлого. Банк

    В правлении общественного банка, в кабинете директора
за приличной закуской сидят сам директор Рыков и гость –
господин с седыми бакенами, Анной на шее и с сильным запахом флёр-д’оранжа,
на бритой физиономии последнего плавает снисходительная улыбка, в движениях мягкость.
    Да, -  говорит господин, сбрасывая пепел с сигары. - Такие-то дела! Тут роды у жены,
потом поездка в Ниццу, там свадьба сестры…
Дел по горло! Насилу к вам собрался я.
Собирался, собирался и наконец-таки - у вас, душа моя…
Ну? Как живут мои векселя?
Чай, скучают? Хе-хе…
Срок им был в августе, а теперь уже декабрь. Как вам нравится подобная аккуратность?
Хе-хе-хе…
Кому-кому, а уж служащему по финансам следовало бы быть аккуратнее…
Pardon, извиняюсь!
      Что вы… помилуйте-с! Мы и забыли-с!… Хе-хе… Я тоже извиняюсь.
      Там по векселям моим приходится, кажется, тысяч триста да процентов… эдак,
если не вру, тысяч двадцать с хвостом. Так?
      Векселя, конечно, мы перепишем, душа моя Иван Гаврилыч,
а вот как быть с процентами - ей-богу, не знаю. Сейчас уплатить их вам я не могу, стало быть,
так их оставить тоже неудобно. Вы, голубчик, бухгалтерию знаете лучше меня
и знаете все эти тонкости… Как быть?
     Очень просто-с! Векселя мы новыми заменим,
а проценты, ваше -ство, припишем к капитальному долгу – цифири сменим.
    Вы велики, моншер! Ну-с, теперь вторая просьба. Жена моя купила себе маленькую дачу,
этакую ферму, знаете ли… с рассрочкой на три года. Так сказать – в придачу.
Завтра, душа моя, представьте, срок платежа.
До зарезу нужно сорок четыре тысячи для платежа!
Я знаю, вы мне не откажете, дорогой мой, но вот только неудобство одно,
Здесь, в Скопине, кроме вас, никого нет у меня знакомого! Кто бланк надпишет заодно?
     Это не суть важно, ваше -ство… Мы вам найдем бланконадписателя.
Иван, поди сюда! -  Входит сторож Иван. 
Подай чаю, - говорит ему Рыков, - и ещё будешь заместо писателя,
вот надпиши его -ству бланок своим росчерком необыкновенным!
Бланк надписывается
и довольный господин презентует Ивана двугривенным.
______
А.П. Чехов. Картинки из недавнего прошлого. Банк.
    В правлении общественного банка, в кабинете директора
за приличной закуской сидят сам директор Рыков
и господин с седыми бакенами, Анной на шее и с сильным запахом флер-д’оранжа.
На бритой физиономии последнего плавает снисходительная улыбка, в движениях мягкость…
    Да, -  говорит господин, сбрасывая пепел с сигары. - Такие-то дела! Тут роды у жены,
потом поездка в Ниццу, там свадьба сестры… по горло! Насилу к вам собрался.
Собирался, собирался и наконец таки я у вас, душа моя…
Ну? Как живут мои векселя? Чай, скучают? Хе-хе…
Срок им был в августе, а теперь уже декабрь. Как вам нравится подобная аккуратность? Хе-хе… Кому-кому, а уж служащему по финансам следовало бы быть аккуратнее… Pardon, извиняюсь!
      Что вы… помилуйте-с! Мы и забыли-с!… Хе-хе…
    Там по векселям моим приходится, кажется, тысяч триста да процентов…
если не вру, тысяч двадцать с хвостом. Так?
      Векселя, конечно, мы перепишем, душа моя Иван Гаврилыч,
а вот как быть с процентами — ей-богу, не знаю… Сейчас уплатить их вам я не могу,
так их оставить тоже неудобно. Вы, голубчик, бухгалтерию знаете лучше меня
и знаете все эти тонкости… Как быть?
     Очень просто-с! Векселя мы заменим новыми, а проценты, ваше -ство,
припишем к капитальному долгу…
     Вы велики, моншер! Ну-с, теперь вторая просьба… Жена моя купила себе маленькую дачу…
этакую ферму, знаете ли… с рассрочкой на три года.
Завтра, душа моя, представьте, срок платежа. До зарезу нужно сорок четыре тысячи!
Я знаю, вы мне не откажете, дорогой мой, но вот одно только неудобство…
Здесь, в Скопине, кроме вас, никого нет у меня знакомого! Кто надпишет мне бланк?
     Это не суть важно, ваше -ство… Мы вам найдем бланконадписателя.
Иван, поди сюда!
Входит сторож Иван.
     Подай чаю, - говорит ему Рыков, - да вот надпиши его -ству бланок!
Бланк надписывается
и довольный господин презентует Ивана двугривенным.