Tristis amica

В моих бархатных друзьях,
я в листьях вновь найду довольной
всю, всю влагу...
Взять, взять, взять,
для жизни вновь вобрать, для вольной.
Для жизни вновь собрать
спустя...
Для жизни вновь набрать,
не помню...
Ведь, ведь, ведь год прошёл? Нет, нет? Ведь два?
Нет, нет, скорее год прошёл...
Нет, вспомню...
А разница какая?! Ведь! Хотя?!..

Цвести, цвести пора...
Вот, помню...
Сожмём, сожмём себя друзья.
Нальём, нальём в себя.
Нет в боли.
Всем, всем вверх! Цвести! Всем вверх! Пора!
Всем, всем вверх цвести...
Все сможем...
Нам всем, всем вверх цвести от «дна»!
Нам всем, всем вверх цвести!
Нет, сможем!
Нет, посмотрите! Нет, а я!..

Ах, как вам рада я...
Цветочки...
С белым, с белым вас собрав.
В белом, в белом вас...
Что дочки...
Вас в светлом, в светлом всех созвав:
«Растут, растут пусть ваши
лепесточки...
Вам свет, вам свет, вам свет в «глаза»...»

«Вам свет, вам свет...
С ним сможем...»
Вы посмотрите! Нет, ай-яй!
В горах, горах тоска
и с ней вся грусть практически ничтожна.
Парят, парят, даря
нам облака себя на «ложе».
Дышать, дышать, так, да.
Дышать, дышать. Всем вверх. Там что же?!
Там наш! Там наш! Сестра!
В горах немного наших в одиноких.
Там наш. Там наш. Сестра.
Нам светит солнце пусть, для многих...

Нам светит солнце пусть до «дна».
Нам светит солнце пусть, от долгих
мы мгновений
скажем: «Да...
Нам грусть, нам грусть неведома в тревоге».
Всегда, всегда так слышна
тишина...
Всегда, всегда так слышно:
«Все? Под боком».
В любой, в любой из серых дней
не жаль нам, нет,
нам, нет, не жаль.
Мы вместе, вместе все...

Зато
в одном мы...

За то
в одном мы...

За то
в одном мы...