Играли драму. А сыграли – жизнь,
Чье отражение дробилось ломко,
И Бог смотрел на яркие осколки,
Как зритель действа. Иль продюсер тризн.
Неверный жест. Нить разорвалась вдруг
Под острием чеченского кинжала,
Под острием беды, которой мало
На каждого. На всех. На вечный круг.
Под масками созревшие глаза
Внесли в спектакль взрывную честность смерти,
Импровизацию разорванного сердца,
Истекшего в ладони, что слеза.
Жизнь побеждала смерть. Двойная цепь
Сковала заключенного и стража
Сомненьем, жалостью, двойным пассажем,
Где чет – расстрел. И нечет тоже - чет.
А страсти бились о порог дворца,
Листая варианты, как страницы.
Спецназовцы стеклом закрыли лица.
А, может, за стеклом и нет – лица?
Пустили газ. И – страсти улеглись.
Нет на земле ни дьявола, ни Бога.
И очередь у Божьего порога
Не рассуждает: что такое жизнь….
Норд-ост. Октябрь 2002
© Copyright: Валентина Зорина, 2022
Свидетельство о публикации №122021603493
Свидетельство о публикации №122021603493
Рецензии