Не каркай ворон, Черный Гусь

НЕ КАРКАЙ ВОРОН, ЧЕРНЫЙ ГУСЬ

Не каркай ворон, Черный Гусь,
не порицай меня сердито,
что я на нынешнем току
почти согбенный пережиток.

Что с каждым разом я больней
холстины прошлого смещаю.
Что фабула проживших дней
борьба с уныньем и печалью.

Что выходя на свой рубеж,
мне не поднять рукою слабой
ведерко радужных надежд,
так опрокинутое набок.

Не каркай ворон, Черный Лик!
Не порицай меня излишне!
За прожитый счастливый миг
я мучился бы двадцать жизней!


СЕРОСТЬ БУДНЕЙ ПРОЖИТЬ НЕЛЕГКО...

Серость будней прожить нелегко.
Беспричинно в них сквасишься в трагика.
Все за скобку зайдет - ничего.
И наступят веселые праздники!

Фейерверки улыбок с утра.
Марши бравые в громких динамиках.
Это, значит, скандируй "ура!" -
Наступили веселые праздники.

Я возрадуюсь в самую прыть.
Стану первым в весельях участником.
Размечтаюсь: эх! жизнь бы прожить
В череде нескончаемых праздников!

А затем снова будней наскок.
Замотает никчемной тематикой.
Всё циклично, Имеет всё срок.
До свиданья веселые праздники!



ТЫ БЫЛА МНИМОСТЬ и ОБЛАКОМ ДАЛЬНИМ

А я заострял на одном вдруг вниманье
и тебя различил я облаком дальним.
Пошел за тобою я к морю и к порту,
 где ветер живого, соленого сорта.

В стоянку отлива плыл блеск от ракушек.
 И ты говорила, а я тихо слушал.
Под мышками в тине вертелися крабы.
Была ты от нежности хрупкой и слабой.

К воде наклонялась – о ровные ноги -
обнять прибоялся тебя, недотрога!
Но трусости сгустки потом раскидал
и в губы-подушки поцеловал.

И ты растворилась  (такое страданье)
 ведь ты была мнимость и облаком дальним.
Видения стерлись и нет даже сходных -
одно только море, да тучи холодные.

Не сплю сырым утром, ищу беспрестанно
тебя, моя мнимость, - облако дальнее!
...А море по прежнему хлюпает в бухте,
На сушу все просится, к шторму опухши.



ДАЙТЕ ЛОПАТУ...

Дайте лопату! Изрою
эту дорогу судьбы!
Всуе с истерзанный болью
я обронился на быт!
В скрежете даже железа,
что в слуховой вводит страх,
может имеется поэзия,
как своя проза в стихах.

В тысячах мелких загвоздок
сильно стращает порой
снег на спине от известки
и лихолетье ковров.
Время разит неказисто
все рикошетом в давно.
Что ж! копить вещи и хитрость
 и пить чай, глядя в окно.


ДЕДУШКА БИСМАРК ТЫ ПРАВ!

И Бисмарк говорил, рыгая, воинственным министрам,
Что Руссы долго запрягают, но ездят зато быстро.
О! Как он прав! Оно так есть!
Мне много время нужно,
Чтоб бабу завалить и в..зь, а вот - кончаю   тут же!




жжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжж
ююжжж