Ода старому чечеточнику

Когда на помойке сожгли чечеточные туфли, галстук и пиджак твидовый,
проссаные треники, видавшие виды,
ушла эпоха (как бы это пафосно ни звучало),
но ее конец - это новой эпохи начало!
Деда Миху же хоронили сообразно его пацанской природе:
закапывали в тишине, отпевали при народе,
а на могильной плите его должно было быть написано что-то, вроде:
"**** привокзальных шлюх. Поджег сынка Володю".
- Знаете, что за сила скрывалась в этом тщедушном тельце, -
процедила златозубая в платочке старушенция,
подавляющее большинство метких фразочек ее - стрелы и сентенции,
а уже за поминальным столом родилось такое изречение:
"Практически любое его звукоизвлечение -
представляло собой нахуюверчение"...

Помню, во дворе ссал, выбрав забор для себя точкой опоры
(сколько было обоссано мною таких заборов),
дед Миха же в это время гонял по хате демонов кухонным ножом!
У него было столько жен,
что тебе и не снилось...
луна за тучами скрылась,
и полегчало,
ушла эпоха...
но ее конец - это новой эпохи начало!

На полотне провинциально-унылой пасторали он был синим пятном,
зависал на точках с вином,
на самогонных точках...
Когда завяли цветочки
на его могиле,
нас там не было,
но где-то мы все же были:
деньги зарабатывали, строили карьеры,
завидовали чужому кошельку, или толстому херу...
Дед Миха же лежал, словно фараон египетский, будто Ленин,
мечты о Мировой Революции лелея,
спроси его: "В чем сила, дед?",
и он ответит: "В земле"!

Проезжают ландкрузеры - сигналят деду Михе!
Пролетают суперджеты - салютуют деду Михе!
И когда придет время, мы ляжем там, где нас ждет дед Миха...
после пьянки с дракой и смачного перепиха!