Владимир...

Существо из чужого вам мира
Кузнецовский расставит фарфор
И нальет в него чаю...
А вам,
Пистолетный лаская затвор,
Вам опять ненавидеть и ждать
Невесомых полночных шагов,
Жадногубого счастья, вранья,
Напружиненных страстью сосков
И немерянной похоти...
Вам
Надоело плести разговор,
Контролировать ненависть, мять
Пропотевшей ладонью фарфор
И мечтать о соитии...
Бог?!
Его не было здесь никогда...

Сумасшедшее трио, любовь,
Треугольник бесстыдный лобка
На ее фотокарточке и
Подарила ведь мертво смеясь...
Ощущение будто ногой
В желтоносом ботинке, да в грязь,
Или сразу в дерьмо...
А талант?
Гениальностей всяческих груда?
Пережито и выжженно, лишь
Шаловливые пальцы суккуба
Отправляются в путь под столом...

2

Вы и в смерти красивы Владимир,
Будто спите...
И маузер спит.
Вот входное отверстие, кровь,
Граммофон за стеною шипит.
Пахнет порохом и тишиной,
Только солнечный зайчик приблуда,
Кувыркается между грудей
Упустившего душу суккуба
Недовольного вами,
Поэт...