Я Одиссей

                Вольфу Никитину

«Вёсла на воду!» - криком хлестну.
К морю, как к деве, телом прильну.

В амфору солнце, а ветер в котомку.
Станут слагать о нас песни потомки.

В жертву богам перед выходом в море
Кровь и вино, пусть за право поспорят.

Жжёт нетерпение жгучее перцем.
Молния – к бедам. Радуйся! – к сердцу.

Узы – любовные снасти – не рвутся.
Я уплываю с тем, чтоб вернуться.

Пляшет огонь, словно рыжая птица.
Я, Одиссей, тоже рыжий. Не спится

Горной, меня провожая, Итаке.
Мертвенно светятся на полубаке

Зеленью злою огни Диоскуров.
Бурю вещают. И сорванной шкурой

Мечется парус и пеплос. А стопы
К морю несут силуэт Пенелопы.

Та на вершине крутого утёса
В путь расплетает тяжёлые косы

Неводом в воды житейского моря.
И с нереидами жертву оспоря,

Будет давиться солёною жижей,
Клич Одиссея ловить дальний. Рыжий –

Я Одиссей. Будет всё без обмана.
Нос корабля влипнет в бездну тумана.

Клапан сердечный, как парусом хлопнет.
Сердце в кулак. Жди меня Пенелопа!

Слышишь, не верь злому хохоту чаек.
Я – Одиссей. Я – за всё отвечаю!