Хожение в историю

                «Хаживал» Афанасий Никитин
                За три моря, чтоб разузнавать:
                «Ходят (ль) жены их ночью к гарипам…»
                И рукою какой там «ядять»?..
                Хороши ль у них «ества»? «Ядять» ли
                «Брынец… киричи»?.. Выбор не яр!
                Обо всем разузнал за морями.
                И за что – дозволенье – «халял».
                «А родится дитя (ино) бело,
                С гостя штраф – 18 тенег…»
                «Черно родится…» (гостюшке – зело!)
                Всё – «халял»! «Ясть», «пиеть» –  хоть сусек!
                Гость-«гарип» съест, будь черт по соседству!
                («Бусурманин» –  не в черта глазаст.)
                «Посморил бесерменин на еству,
                И он(и) тое ествы ни яст…»
                (Не отсюда ли наша «халява»?
                К ней – любовь?.. Оптимизма оскал?..
                Вот бы «схаживать» за остров Ява…
                Папуас сам «тя» съест! Без «халял»!)
                За «Дербеньское» море ходил он,
                За «Индийское», «Чермное» –  три!
                Разузнал он про краску «индиго»,
                «Алачи», «киндяки», «пестряди»…
                «Мужики (а) и жонки все наги,
                А все чорны…» в индийской стране.
                «Хоросанцы» –  «бояре» их, «маги» – 
                Мусульмане, что «странно» вполне.
                А «в Бидаре все люди злодеи,
                Жонки полны бесстыдных затей;
                Всюду знахорство, ложь, воры, зелье,
                Коим морят (да) господарей…»
                «На базарах… полоны головы –
                10 тенег (иные – по пять),
                А робята – по две…» А «ялови-
                чины» – нет! То они – не «ядять»!
                И пограбили… И поприжали
                «Раба божия»… Клич караул!
                И взмолился наш бедный «хожалый»…
                Да, «тверитин» – порядком трухнул…
                Бога просит (хоть в скудости «ества» –
                Суть не в них!)… Только грех умирать!..
                Бусурманина он не боялся.
                «Веры б русской – чтоб не потерять!..»
                «Но на Русь мне пойти было не с чем, –
                Он писал. – И от множества бед –
                Дальше в Индию…» (мол, недалече!).
                И пошел Афанасий вперед…
                А «в Цейлоне родятся рубины,
                Обезьяны, кристаллы больши…»
                «В Каликуте – гвозникы…» Рабыни –
                «Караваш», «кул» –  рабы – хороши!..
                «Зензебиль, цвет мошкать да корица,
                И адрякь, калафурь, цинамон…»
                «Каликут – это пристань-столица
                Индостанского моря, –  полон!..»
                «В Гуджане – краска «дал»… А в Камбате –
                Сердолик… А в Райчуре – алмаз…»
                «Бухтаны – без дверей. Стоят – Буты…»
                На восток их – «по-рускы»! – намаз…
                «В Шабате жемчуга, сандал, шелк-от!..»
                «Киль монда», «келекес-мелекес»…
                А слонов «продають» там «на локоть»
                «Девякуши» –  те только «на вес»…
                «На потеху» султан выезжает
                В установленные (Богом?) дни:
                Вторник – раз, и в четверг. Обижая
                Брата. Тот – в понедельник «царит».
                Но зато с братом мать, да с сестрою.
                Жонок – тысячи две на конях…
                К ним – слонов 50 ровным строем.
                А на них, стыд завесив, –  голяк…»
                На Байрам же султан выезжает
                «На прогулку». С ним 300 слонов…
                (Тех в булатный доспех наряжают.)
                «Балдахин государя – шелков…»
   «…И с ним 20 великих визиров.
   На спинах слонов городки, «… а городки окованы. В городках же по 6 человек в доспехах, с пушками да с пищалями, а на великом  слоне 12 человек.
   На каждом слоне по 2 больших знамени, а к клыкам привязаны большие мечи, по кентарю (50 кг), к хоботам же привязаны тяжелые гири; да между ушей сидит человек в доспехах, а в руках у него большой железный крюк, которым он правит.
   Да выехало простых коней тысяча в золотой сбруе, да 100 верблюдов с литаврами, да 300 трубников, да 300 плясунов, да 300 ковре (юная наложница).
   А на султане кафтан, весь унизан яхонтами, да на шапке шишак – огромный алмаз, да золотой сайдак с яхонтами, да на нем же 3 сабли, окованы золотом, да седло золотое.
   А перед ним бежит кафир и играет зонтиком, а за ним много пеших.
   За ним же слон выученный идет, наряжен весь в камку, с большой железной цепью во рту, –  и он отбивает ею людей и коней, чтобы не подступали близко к султану.
   А султанов брат сидит на золотых носилках, а над ним бархатный балдахин, с золотой вертушкой с яхонтами. И несут его 20 человек.
   А государь сидит на золотых носилках. И везут его на 4 конях в золотых сбруях.
   Да около него великое множество людей, а перед ними идут певцы и много плясунов. И все с обнаженными мечами и с саблями, со щитами, с копьями да с луками, прямыми и большими; а кони все в доспехах, и на них сайдаки…»
                Плакал, плакал по вере Христовой
                Афанасий, встречая Байрам.
                Их четыре прошло. Скоро – новый…
                И ступил путешественник – в рань…
                В Русь решил он пойти! Все ж, надумал…
                К дому… «Сколь уж жены не видал!»
                Загорелый и легкий, как пума,
                Устремился – в прекрасную даль.
                Грады (в день по три!), люди, закаты…
                Хоть голодный, но верный уму,
                В «день Великий шестый» был в Мошкате,
                А к зиме оказался в Крыму.
   «…Божией милостью, приплыл в Кафу (Феодосия), за 9 дней до Филиппова заговенья. Боже творец! Прошел я, милостью божией, три моря…»
                С ним – «тетрадь»… Позавидует трувер!
                Но судьба оказалась скупой:
                «…Не дошед до Смоленска (он) умер…»
                И всё это случилось весной. (1472 г.)
                Дело каждое важно итогом.
                Что открыл Афанасий, «сходя
                За три моря»? Он чист перед Богом…
                Вижу три обстоятельства я:
                1) Ты – купец?.. Рисковать не годиться.
                Далеко за моря не ходи!
                «Что на всём (этом) свете родится,
                То в Гурмезе есть всё…» Затверди!
                2) Для себя ж Афанасий отметил,
                Во сто крат полюбивший сильней
                Землю русскую: «На этом свете
                Нет страны (да) подобно(ю) ей!..»
                3) Ну, а нам Афанасий, «исконным
                Мудрецам», дал такой вот «расклад»:
                Информация станет Историей,
                Если встанет – с Поэзией в ряд…
Примечание: Афанасий Никитин ещё в 15 веке говорил (и, наверное, плакал при этом), что нигде, лучше русской земли, нет! Когда же, мы начнём возрождение Нашей русской Земли?..
 2014