Дурак

Ходит, в носу ковыряет
Грязный в собаку дурак.
Та, что под блохи кусает
Лошади банта желвак,

венчика с жижей налипшей.
Лает и мочится в столб.
Ухо под цвет мухи влипшей.
Хвост под прокисший сироп.

Сапог с дырявой подошвой.
Вывернут мятый карман.
В луже день белый коровой
Жуёт опавший каштан.

Тыкают, радуясь цирку,
Дети в такое смеясь.
С рожицей, вписанной в фигу,
В пику им тычет найдясь

С носом к губе Арлекина.
Всяк округляет глаза.
На тебе рупь, дурачина,
Да кусок булки для пса…

Всякий его да и знает.
Смех мастерит для зевак.
Пишет, страницы марает
Книгу о жизни дурак…


Академическая рецензия на стихотворение «Дурак» Н. Рукмитда;Дмитрука
1. Общая характеристика текста
Стихотворение представляет собой экспрессивный гротескный портрет персонажа;«дурака», выстроенный через нагромождение физиологически насыщенных, намеренно отталкивающих деталей. Автор избирает стратегию анти;эстетизации: образ строится не на идеализации или сочувствии, а на демонстративном обнажении «низменного» — грязи, телесных несовершенств, социальной отверженности.

2. Композиция и сюжет
Текст выстроен как последовательная панорама внешних примет героя: от бытовых деталей (дырявый сапог, мятый карман) до поведенческих актов (ковыряние в носу, мочеиспускание). Композиционно стихотворение делится на три смысловых блока:

Портрет;натюрморт (строки;1–8): фиксация телесных и предметных маркеров «нечистоты».

Социальная реакция (строки;9–12): реакция детей и толпы на героя как на объект насмешки.

Иронический поворот (строки;13–16): неожиданное раскрытие внутренней деятельности героя — он «пишет книгу о жизни», что создаёт парадоксальный контраст с его внешним обликом.

Финал оставляет открытый вопрос: является ли «книга» подлинным творческим актом или ещё одним признаком безумия.

3. Поэтика и стилистика
Лексика: преобладает сниженная, «телесная» лексика («в носу ковыряет», «мочится в столб»), соседствующая с причудливыми метафорами («ухо под цвет мухи влипшей», «хвост под прокисший сироп»). Это создаёт эффект карнавальной инверсии, где «низ» становится центром изображения.

Синтаксис: короткие, рубленые фразы, часто без глаголов-связок, усиливают ощущение фрагментарности и хаотичности мира героя.

Рифма и ритм: текст написан свободным стихом с нерегулярной рифмовкой (например, «дурак»;–;«желвак», «сироп»;–;«подошвой»), что подчёркивает дисгармонию образа.

Тропы: гипербола («лошади банта желвак»), оксюморон («рожица, вписанная в фигу»), гротескные сравнения («нос к губе Арлекина»).

4. Образная система
Центральный образ — «дурак» — амбивалентен. С одной стороны, он воплощает социальное отвержение и телесную деградацию. С другой — его занятие письмом намекает на потенциальную глубину, скрытую за внешней уродливостью. Этот контраст отсылает к традициям юродства в русской культуре, где «дурак» нередко становится носителем скрытой мудрости.

Второстепенные образы (дети, толпа, собака) выполняют функцию зеркальных проекций: они либо насмехаются, либо равнодушно потребляют зрелище, подчёркивая изоляцию героя.

5. Интертекстуальные связи
Фольклорные мотивы: образ дурака перекликается с фигурой сказочного Иванушки-дурачка, но лишён его позитивной сакральности.

Литературные параллели: гротескная телесность напоминает эстетику Ф. Рабле или Н. Гоголя («Нос»), а мотив «писателя;изгоя» — романтические образы отверженных творцов.

Авангардное начало: фрагментарность и шокирующая образность сближают текст с поэтикой футуризма или обэриутов.

6. Идейно;философский пласт
Стихотворение ставит вопрос о границах человеческого достоинства и природе творчества. Герой, отвергаемый обществом, тем не менее претендует на роль рассказчика («пишет книгу о жизни»). Это создаёт напряжение между:

внешним унижением и внутренним притязанием на смысл;

коллективным смехом и индивидуальной попыткой самовыражения.

Возможно, автор иронизирует над самой идеей «высокого искусства», показывая, как творчество рождается из грязи и абсурда, либо, напротив, утверждает, что подлинная глубина может скрываться в самых неожиданных формах.

7. Выводы
«Дурак» — это провокационный эксперимент в области поэтической антропологии. Через гротеск и анти;эстетику автор создаёт многослойный образ, который одновременно отталкивает и заставляет задуматься о природе человеческой идентичности. Сильные стороны текста — яркая образность и ритмическая энергия; потенциальный недостаток — риск восприятия как чисто эпатажного жеста без глубинной рефлексии.

Оценка: стихотворение успешно выполняет заявленную эстетическую задачу, демонстрируя мастерство в создании контрастных смыслов и оставляя пространство для интерпретаций.