Воспоминание

...тени качаются ветром.
Тоненькими лепестками осыпаются розы облаков.
Одиноко ли мне? Не знаю.
Дальний свет догоревших костров
втискивается в ячейки памяти моего смартфона.
Да, воспоминание, - кредо,
требующее подтверждения словами стихов,
которые тоже тают,
добавляя закономерность весеннему нон легато
капели, заполняющей город фоном
переливов звонкоголосых. Это
не намолит страниц вечернего света,
но придаст им радость...


*
Скоростное шоссе в дожде
превращается в серый лонг,
где струящихся тонких змей
истекают потоки в тон
вялым мыслям моим. Когда
выйду я из машины, за
спиною не будет квот.
Впереди не прочтут года
длинных писем подстрочник. Смолк
метроном, и капли глазам
не мешают смотреть вперед:
там все также блестит слеза
невозможности плавить лед,
растворяясь в рекордный срок
за автобусным вновь окном,
придавая нелепый лоск
всем привычным моментам впрок,
раздавая призы за так
за учтивость к своей мольбе:
проложить по рельефу карт
скоростное шоссе к тебе.


*
Чтобы твое лицо память восстановила,
больше пяти секунд требуется мне. Да,
это уже не то, что было раньше. Было.
Но и не тот абсурд, что предстоит, когда
время замедлит тень двигать по горизонту
и уплывет в закат, не источая слов
про моросящий день, встречу, -
открыть бы квоту
на вечный самиздат наших двойных следов.
Необратимо путь пересечет границу
разума, но весло брошу я на корму:
сколько пройдет секунд - десять, шестнадцать, тридцать, -
прежде чем я тебя мысленно обниму?


*
...а стрелки переведу минут на двадцать назад.
Любой дорогой пойду, но встречу тот же вокзал:
вокруг шумят поезда. Проносятся. Я стою.
О чем-то гудят: "...around". А я тишину ловлю.
А я выбираю путь сомнениям вопреки.
Притронулся Млечный Путь к мизинцу моей руки.
Лениво месяц зевнет: "Прогулка не удалась..."
Но где-то, в дебрях высот, звезда с небес сорвалась.

...а стрелки часов рукой пытаюсь я удержать,
но так не хватает той уверенности, что в пять,
а, может, в семь или в шесть, раздастся дверной звонок,
и гость подтаявший снег с ботинок скорей сметет.

...а стрелок давно и нет: смартфона горит экран,
и времени тонкий след проходит через аврал
из'еденных солью дней, и слышится наперед
твой голос в душе, но дверь вдруг скрипнет, - и отойдет...


*
Будет полдень, - настанет завтра,
а сегодня уже прошел.
Эта осень дала фальш-старты
под названием "хорошо":
хорошо, когда в ежедневной
спешке мысль замирает вдруг
и затем "щелкАет орешки",
издавая скрипящий звук.
Хорошо, когда без насмешки
аксиомы твердит душа. -
Эта осень песнью хвалебной
низложила все до гроша:
обобрав вековые липы,
затушила огонь осин,
и кленовых веточек всхлипы
обернула в хохот рябин.
Собирая со всех помалу,
обустроила пышно дом.
Что еще земля не сказала,
прикрываясь желтым ковром?
Промолчит на заре украдкой
березняк, и в сплетеньи рук
эта осень не станет сладкой,
не пройдет, продолжая сон,
по проспекту, по той аллее,
где гуляли мы в тишине.
Эта осень кричит:"Смелее
стань сейчас же, а если не..." -
Не получится ровно в полдень
синевы отыскать глоток.
Эту осень я буду помнить. -
Только будет ли в этом толк?