Воспоминания о старшем брате

Он был иной – от слова «иноходец».
Не мог ни под седлом и ни в узде.
Его душа, как за околицей колодец –
Глубок, что не увидишь солнышка в воде.
Он убегал из дома спозаранку,
Не ночевал порой и никогда
Не выворачивал всю душу наизнанку,
Лишь краешек, быть может, иногда.
Он смелым был и, если надо,
В любую воду, как спасатель, лез,
Неуправляемый и мощный, как торнадо,
С холодной головой, а чаще – без.
Он был как будто не из этого столетья
(Ввиду имею я двадцатый век).
Из девятнадцатого – в пору лихолетья
Устройством мира недовольный человек.
Он фантазёром был, и в вымыслы густые
Его фантазия манила и влекла.
Когда ж воображение остынет,
Его другая жизнь к себе звала.
Тогда читал без удержи и меры –
Так, словно уходил в запой.
Не пресмыкался, но и жил без веры –
Корабль мятежный, обречённый на покой.
И не найдя земли обетованной,
Он заживо себя похоронил –
Болел своей болезнью странной,
В неверие своё он веру сохранил.
Он умер рано, тихо, без досады,
Сказав лишь, что к себе его зовут
На кладбище у края без ограды
Отец и брат – и нити рвут.
Так много было дум и искренних желаний,
Так много сил, казалось, но судьба
Лишь привела его, как агнца, на закланье,
Как сильного, но всё-таки раба.
А я брожу среди воспоминаний
И верю, что не зря на свете жил
Мой брат в плену терзаний и скитаний
И всё-таки покоя заслужил.
2021