Сквозняк тревожно шелестит

Сквозняк тревожно шелестит. Темнеет. Около шести. Всё меньше света.
Зима звенит, зима в пути, взывает к осени: Пусти! Отдай монету!
Берёт деньгу за риск и страх, и превращает в пух и прах, и белый пепел,
И шепчет мне, что я тут был! Да, я там был, но мёд не ел и пива не пил!

Да, я вычерпываю дно и должен осени одной, как небу птица
И это - тайная беда, но перед нею никогда не расплатиться.
И я виновен только там, где поржавела красота, но тени живы,
Где ветви ивы и рябин, какой-то волею судьбы нерасторжимы.

Не хватит мне ни сил ни лет, пока дышу на этот свет, на эти крыши,
Не потому, что меня нет, а потому, что мне в ответ - ни кто не дышит!
Зима во мне, как пустота, как приглашение "на этап", как чары вуду,
Я громыхаю: Так-растак! Я ей не должен ни черта и впредь не буду!

То имярек, то сердца боль, то костерок, то минус-ноль, по Фаренгейту,
То мудрый плач, то глупый смех, то имя на устах у всех и все моменты:
И шут, и трагик, и немой, и тот, кто выведет домой воспоминания -
Я, убиваемый зимой и память о тебе самой и срок дыхания.