только сделать шаг

За неспешным разговором
не заметишь, как дойдёшь
с пиететом к светофорам
к дому старому сквозь дождь.
Зонтик складывает спицы
под ладонью, как ручной,
ну, а как тут уместиться
со своей величиной
в день, в ноябрь, в дождливый полдень.
Но сложился - стал бескрыл.
Без чехла он был свободен,
он со мною говорил
всю дорогу, прикрывая
от летящего дождя,
и куда меня кривая
заведёт, не знаю я.
Вот курю в подъезде молча
перед входом у дверей,
Зонт хранит остаток мощи
ангела в руке моей.
Мой хранитель, собеседник,
дома крылья обсушив,
не жалея сил последних,
скажешь - слава богу, жив.
И на вешалку - там спится
сладко на исходе дня.
Ночь. Надломленная спица
молча смотрит на меня.

***

На эту капельную взвесь
внимания не обращая,
идёшь туда, где счастье есть,
пускай оно судьба чужая.
Но краденое быть твоим
не может. Значит, очень скоро
лицом к лицу столкнёшься с ним.
Ну что тебе его укоры -
украл тайком и тащишь в дом,
промокшее под этим ливнем,
и путь, которым все идём,
лишь кажется несносно длинным.
Особо осенью, когда
орут ночами неотложки,
впотьмах грохочут поезда,
и льётся жёлтый свет из плошки
замызганного фонаря,
зажжённого тебе во благо.
И ты идёшь, благодаря,
к чужому счастью, бедолага.
Совсем не видя своего
в опавших листьях цвета меди,
в том, что живое существо,
важнее, чем все мысли эти.
Вот этот пегий пёс у ног,
влюблённо пялящийся снизу,
и сизый голубь, одинок,
шатающийся по карнизу
туда-сюда. И натощак
кури, следи за струйкой дыма.
И нужно только сделать шаг.
Необходимо.