Больничный город

Несёшь в себе несбывшегося след,
но памятного, в этом всё и дело.
И думаешь - прошло так много лет
с тех пор, как сердце вмиг похолодело.
Так поздний плод под изморозью вдруг
становится тяжёлым в злую зиму -
он падает, едва коснувшись рук,
в чужом саду, и так невыносимо
смотреть и знать - я больше не могу
его поднять. Хотя бы с ним проститься,
с тем памятным, лежащим на снегу,
как яблоко, надклёванное птицей.

***

Больничный город. Выписался - пой
от радости, слоняясь вдоль фасадов.
Крахмальный воздух, ночь, фонарь слепой
и Дантов круг, который стал не адов,
а просто кольцевая, путь кружной.
Домой, а там - неделя на больничном.
Мечтать и наслаждаться тишиной,
гадать - о чём печалимся и хнычем,
когда белей стерильного бинта
летящий снег, ложащийся на плечи.
такой покой, такая красота,
что двигаться по кругу много легче,
скользя, смеясь - ты выписан уже
из линий, что всегда сходились в точке.
Ты выписан, слетел на вираже -
так падают последние листочки,
случайно задержавшиеся здесь.
В больницах всё размеренно и длинно,
а город спит, и всё, что в жизни есть -
стерильный снег и вкус адреналина.

***

Домашний паучок. Прости ему
спелёнутых и съеденных комашек.
Спеши домой в касторовую тьму,
нащупай ключ, упрятанный в кармашек
роскошного двубортного пальто.
Не трогай паука, по всем приметам
нельзя его прихлопнуть, а не то
тебе потом всю жизнь жалеть об этом.
Не будет писем, моль войдёт во вкус
и станет есть в дому любые ткани.
Не думай - изловлю и развлекусь,
пока он будет мучиться в стакане,
и ждать, чтоб я пришла, пальто сняла,
поймала мошку и ему скормила.
Его б в янтарь. А там ещё игла -
и выйдет брошка. Будет очень мило.
Не трогай, в кашемире молча стой,
застывшая, спелёнутая сетью.
А он ползёт к тебе, ты будешь той,
которую он ловит в сети эти.
Домашней мошкой. Каждый жест и взгляд
им будет зацелован и обласкан.
Спускается и впрыскивает яд,
живая брошка, севшая на лацкан.