за миг до

Рождество - это реквием, проводы года,
но совсем не печаль и отнюдь не тоска.
Гениальный не пишет прощальную оду -
это - встреча, и нота её высока.
Это голос - Господь, умираю, надеясь,
что съестное добыв из плетёных корзин,
будут сетовать бабки - купи, Амадеус,
хоть бутылку вина. Позабудь клавесин,
скрипка лучше. Ну, сделай глоток из бокала -
расстарался Сальери, расщедрился вдруг.
Это божия милость тебя отыскала
и коснулась твоих всепрощающих рук.
Это реквием улиц, какая там ода,
ближе к полночи холодно на площадях.
Ты один, милый Вольфганг, за миг до ухода,
для Сальери играешь, себя не щадя.
Для старух-продавщиц - не купил, но растратил
не толику таланта - себя самого.
Был настойчив Сальери - попробуй, приятель,
и вина, и сластей - мандаринов с халвой.
Будет сладко. Ты жизнь разбазаривал щедро,
это реквием, ну-ка сыграй для меня.
Пахнет воздух, как будто лимонная цедра,
и бомжи прикорнули на голых камнях.
Так играй же, пусть водит рукой длиннопалой
сам Создатель, пусть город летит в небеса.
Рождество. Это капелька яда упала
в твой бокал, а потом затерялась в басах.
И не думай о том, что Сальери смеётся,
всё пройдёт и останется на мостовой
белый снег, а на нём - умирающий Моцарт,
гениальный и вечный, как реквием - твой.

29.11.2017