Достоевский. Лже-казнь. 3 января 1850г

 - Это я, отворите, Господи!.. -
Тарабанюсь сквозь вьюжный вой.
Набродившись чужими погостами,
Обретаю навеки свой.

Заскрипит заржавелая дверца...
/Я окончил безрадостный пир./
Что там шепчет уставшее сердце?.. -


    КРАСОТОЮ

       СПАСЁТСЯ

                МИР?!.


Красотою!..  и дробь барабанщиков
Возвестит, что пора, брат, пора!..
- Хватит ныть!..  Не неси тарабарщину!.. -
Мне хрипит с эшафота палач.

                Бьют барабаны! Бьют барабаны!! Палач косоглазит.
                - Братцы! Да что ж это? Нам умирать?.. Я не согласен!

Смерть поселилась в наших очах.
Семеновский плац снегами укутан.
... Эх, вот бы жизнь, брат, сначала начать -
Я б дорожил каждой секундой!

Мы в белых рубахах...  Бурые пятна.
/Бедный Григорьев с ума, видно, выжил./
... Священник басит:  "Целуйте распятье.
Вскоре предстанете вы пред Всевышним!.."

Холодом Вечности с неба подуло.
/Буря резвится ,вальсируя полем.../
... Жмут мне ладонь Плещеев и Дуров.
- Братцы, прощайте!..  Не свидимся боле...

                Бьют барабаны! Бьют барабаны!! Святоша простужен.               
                - Братцы! Да что ж это? Мне умирать? Я протестую!

Вьюга по-волчьи безудержно воет.
Орёт Петрашевский: "Кончайте нас, гады!."
Шпагу сломали над моею главою:
- ... смерть заменили вам ссылкой и каторгой!..

Не судьба мне в петле висеться.
Поживём ещё, mon ami!..
Что там блазнит весёлое сердце?!. -

КРАСОТОЮ

        СПАСЁТСЯ

                МИР!..

...Как я любил в тот момент эту жизнь!
Утро и снег...  Вороньё... и цвет неба...
Стылую льдинку в кармане крошил
И ел её...  ел... счастливее не был!..

Семеновский плац тотчас опустел.
Нас ждёт Сибирь. Путь осилит идущий.

... Солнце пробилось сквозь тучи.
Алый снегирь приютился у стен.