живые подобия

нынче сморкаются в маску
(раньше, бывало, в галстук).
В дымке осенней, мягкой,
под тремор листочков длинная пегая панелька смотрится вполне себе концептуально — мечтательно-брутально, что называется, вперёд в прошедшее.

Как личинке полёт — что твой сон
в смертном сне,
преходящее, аттракцион, —
так и мне
наблюдать эту дичь, что во мне,
то же, что
видеть мусор послушный на дне
речном, —
как она там ворочается, глубоко подо мной,
а я даже не птицей — вещей творцом
отворачиваю лицо.
И последнее — далеко не кино давно.

В магазине живых подобий кошусь в единственное окно.


Рецензии