Не быть философом в России
В эпоху перемен нельзя!
Не мысля, ты не существуешь,
Лишь по течению дрейфуешь,
Сквозь обстоятельства скользя!
Как докатились? Что же делать?
Что будет через сорок лет?
И сыплются горохом мненья
Кликуш, не терпящих сомнений,
А в багаже лишь интернет!
Мышления процесс не громкий
На ниве знаний созревает,
Которых совесть страстно жаждет,
И дом философа, однажды,
Луч света тайного пронзает!
Мы шли, идем и путь наш вечен,
и помогают нам идти
Флоренский, Грот, Ильин, Бердяев!
Путь не найти, не размышляя,
Да будет свет, пока в пути!
Философский свет
© Copyright: Игорь Фролов Озёрский, 2021
Свидетельство о публикации №121092901633
Свидетельство о публикации №121092901633
Рецензии
Автор, конечно, смело взялся за невозможное: назначить философию в России не роскошью, а обязательной программой «в эпоху перемен». Прямо не стихотворение — а инструктаж на входе: «Не быть философом нельзя!» Ну да, как без этого — паспорт, СНИЛС, и справка о том, что ты хотя бы раз в неделю задавался вопросом «что же делать?»
Особенно хорош ход с национальным набором тревожных кнопок: «как докатились?», «что делать?», «что будет через сорок лет?». Тут уже слышится не лирика, а очередь в народной приёмной при Истории. И на этом фоне — роскошная деталь: мнения «сыплются горохом», а в багаже… лишь интернет. Очень точный багаж: вроде и тяжёлый, и вечно с собой, и открыть можно — но внутри чаще мемы и “эксперт” с аватаркой кота.
Дальше текст делает вид, что он про «тихий процесс мышления», который «созревает на ниве знаний». И это почти трогательно — как будто мышление у нас действительно спокойно растёт, как пшеница, а не нервно дёргается, как вай-фай в электричке. А «дом философа» внезапно пронзает «луч света тайного» — тут уже хочется уточнить: это метафора озарения или просто лампочку вкрутили наконец?
Финальный марш с «Флоренский, Грот, Ильин, Бердяев!» звучит как перекличка на духовной физкультуре: «первый — в строю, второй — в строю…» Автор явно уверен: если перечислить громкие фамилии, путь сам собой станет «вечным» и «светлым». В принципе логика знакомая: у нас вообще многое делается списком — от покупок до спасения души.
И всё же в этой ироничной торжественности есть честная нота: автор тоскует по настоящему свету мысли — не кликушескому, не интернетному, а такому, который помогает идти. Просто получается забавно по-русски: зовём тишину мышления — и объявляем это громким лозунгом. Но, возможно, так и надо: в России иногда только лозунг и способен напомнить, что думать — не преступление.
В общем, стихотворение — как фонарик в тумане: светит искренне, но временами слепит плакатом. Однако идёшь дальше — и ловишь себя на том, что уже размышляешь. Значит, “да будет свет” сработало. Хоть и через интернет.
Жалнин Александр 11.02.2026 10:56 • Заявить о нарушении
Особенно хорош ход с национальным набором тревожных кнопок: «как докатились?», «что делать?», «что будет через сорок лет?». Тут уже слышится не лирика, а очередь в народной приёмной при Истории. И на этом фоне — роскошная деталь: мнения «сыплются горохом», а в багаже… лишь интернет. Очень точный багаж: вроде и тяжёлый, и вечно с собой, и открыть можно — но внутри чаще мемы и “эксперт” с аватаркой кота.
Дальше текст делает вид, что он про «тихий процесс мышления», который «созревает на ниве знаний». И это почти трогательно — как будто мышление у нас действительно спокойно растёт, как пшеница, а не нервно дёргается, как вай-фай в электричке. А «дом философа» внезапно пронзает «луч света тайного» — тут уже хочется уточнить: это метафора озарения или просто лампочку вкрутили наконец?
Финальный марш с «Флоренский, Грот, Ильин, Бердяев!» звучит как перекличка на духовной физкультуре: «первый — в строю, второй — в строю…» Автор явно уверен: если перечислить громкие фамилии, путь сам собой станет «вечным» и «светлым». В принципе логика знакомая: у нас вообще многое делается списком — от покупок до спасения души.
И всё же в этой ироничной торжественности есть честная нота: автор тоскует по настоящему свету мысли — не кликушескому, не интернетному, а такому, который помогает идти. Просто получается забавно по-русски: зовём тишину мышления — и объявляем это громким лозунгом. Но, возможно, так и надо: в России иногда только лозунг и способен напомнить, что думать — не преступление.
В общем, стихотворение — как фонарик в тумане: светит искренне, но временами слепит плакатом. Однако идёшь дальше — и ловишь себя на том, что уже размышляешь. Значит, “да будет свет” сработало. Хоть и через интернет.
Жалнин Александр 11.02.2026 10:56 • Заявить о нарушении