И на этом кончается...

И на этом кончается длинная исповедь-повесть,
Семь десятков моих навсегда исчезающих лет.
Только что-то ночами грызёт беспокойная совесть,
И тускнеет тот яркий, когда-то чарующий свет.

Где найти мне слова, чтобы выразить горечь утраты?
И щемящую грусть по ушедшим в туман поездам.
И досаду на то, что уж слишком на беды богата
Моя жизнь оказалась... А может виновен я сам?

Постепенно стихает моя «журавлиная песня»,
Осень поздняя холодом веет в просторах полей.
Ничего не вернуть! И не жалко ничуть, если честно,
Пусть живёт этот мир для других, - наших с вами детей.

Всё когда-то кончается, рано, иль поздно уходит.
Наша память тускнеет о тех невозвратных годах.
Но как прежде над миром звучат отголоски мелодий,
И приходит весна... А старьё превращается в прах.

И ничем повлиять ты не можешь. Молитвы бессильны.
Так задумано Господом нашим: рождаться - стареть.
Просто кто-то подходит к уходу наивно-пассивно,
Ну, а я обмануть постараюсь настырную смерть.