изгнание из рая

Быт.3:17 Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей;
Быт.3:18 терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою;
Быт.3:19в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься.



Я думаю, что миф о наказании людей имеет очень древнее происхождение. Возможно, основная задача этой истории – оправдать убогое и тяжелое (в сравнении с райскими временами охоты и собирательства) существование неолитических земледельцев.

В свободные времена человек мог сорвать любой плод с любого доступного ему дерева, добыть любого доступного ему зверя. Кроме табуированных культурой его общества.

А став земледельцами, мы вынуждены тратить на тяжелую, отупляющую физическую работу всё свое время, получая взамен однообразную пищу — плод своих трудов. И в соседский виноградник просто так полакомиться уже не зайдёшь — прибьют.

Я понимаю, что фермеры появились не сразу. Вероятнее всего, на земледелие переходили племенами. Закрепляли за собой землю, на которой прежде охотились и собирали дикие плоды, и в меру сил отбивались от голодных соседей. Разумеется были в племени и воины, и охотники, и шаманы. И творческие личности, поэты неолита утешали своих соплеменников историями про богов, наказавших людей засухой за покушение на божескую собственность, одновременно утверждая в их темных и пыльных головах понятие об этой самой собственности, всесильных богах и даря людям скромную надежду, что перетерпев гнев божий, люди смогут вернуться к счастливым временам блаженного ничегонеделания.

Поколение за поколением люди слушали историю разрушения прежней счастливой жизни.

Иногда природа коварно давала возможность прокормиться собирательством, но возникшие уже границы племенной собственности возвращали смысл древней истории наказания за сорванный запретный плод.

Сколько поколений прошло от первого, вынужденного сидеть у своего пшеничного поля с кольями и камнями, охраняя растения от менее прогрессивных сапиенсов, до последнего, живущего уже с четкими границами, календарем, складом семян? Сотня, не меньше.

А до нас, озабоченных уже другими проблемами (например, как уменьшить влияние человека на природу, оставить хоть что-то живое, дикое, не распаханное человеком, в поте лица своего добывающим хлеб свой) прошла уже наверняка не одна тысяча поколений.

Но история о людях — мальчике и девочке, сорвавших запретный плод и за это отправленных в сельскохозяйственное рабство на тысячелетия, всё ещё мотивирует нас работать усерднее и жить скромнее.


Рецензии