светло

отныне ничего не будет так, как прежде.
мы положили вёсла. мы вышли на песок.
и ты стоишь передо мной, рассветный,
безмятежный. глядишь,
как лик с икон.

когда закончится вся сырость, хмарь
и морок, тогда наступят наши времена.
ну а пока держись за мой широкий ворот,
произноси слова.

ты был учтив, как инок, задумчив, как христос
в пустыне заблудившийся. я, кажется, узнала
и поступь эту мягкую, и твой немой вопрос,
возникший на устах при первом взгляде.

странно,
что рано или поздно всё превратится в ил,
мы растворимся в вечности своим последним звоном
колоколов, и тихий шелест у речной воды
отдаст салют препонам.

ты скажешь: чудо,
что в такой большой стране
нет места гению, любви и переменам.
но чудо в том, что ты и я всё ещё здесь,
в объятиях вселенной.

когда пройдут пожары и тревоги,
утихомирится безумная молва,
тогда настанет день. и будет полон
твоей улыбки,
моего стиха.

/ лисбет.