В тишине ночных теней
Где сад Гефсиманский затих,
Среди олив и горьких дней
Он принял чашу за других.
Слепой расчет и звон металла
Скрепили сделку на крови,
И тьма над миром задышала,
Лишив надежды и любви.
Но в этом акте вечной драмы,
Где свет пронзила остро сталь,
Зажили все людские шрамы,
Уйдя в небесную печаль.
Сквозь терний жесткое сплетенье,
Сквозь крики толп и гул камней,
Пришло великое прощенье
Для всех заблудших сыновей.
На древе, ставшем горьким троном,
Где небо скрылось в пелене,
Он стал последним бастионом
В неравной, призрачной войне.
И там, где смерть казалась властной,
Смиряя гордость и покой,
Любовь, доселе безучастно,
Коснулась мира всей рукой.
Теперь в веках, в молитве тихой,
Сквозь пепел лет и блеск монет,
Сквозь мрак, что был когда-то лихом,
Струится негасимый свет.
Свидетельство о публикации №121091100338