Вариант.
То в платье, то в костюме, то в футболке
Наряды часто так она меняет,
И волосы блестящие, прямые
Роскошною копною ниспадают,
И губы словно сладенький зефирчик,
Глаза её оттенка шоколада,
И все её черты лица прекрасны,
Точеная фигурочка что надо!
И камеру включив её настроит,
Расставлен в помещеньи свет как прежде,
И элегантный новый микрофончик сияет белизною на одежде,
Красивый голос так приятно слушать,
Она стихи как-будто проживает,
И пропуская все их через душу
Она мини-спектакль разыграет
Вариант 2.
И платья, и костюмы деловые,
Все стильно, безупречно, аккуратно
И волосы её длины роскошной
Шикарною копною ниспадают,
Её уста как сладенький зефирчик
Стихами уши зрителей ласкают,
Глаза её такие выразительные
Пленяют и манят, и восхищают
И камеру она перенастроит,
Расположится вновь в уютном кресле,
Нагрудный, новый, белый микрофончик
Подключит и прикрепит на одежде
Мисс Элегантность и талант
© Copyright: Сергей Сырчин, 2021
Свидетельство о публикации №121090606674
Свидетельство о публикации №121090606674
Рецензии
МОНОЛОГ ЧТИЦЫ.
Перед тем как включается камера, я почти всегда немного смеюсь над собой.
Шкаф открыт, на стуле — платье, рядом — деловой костюм, на кровати — футболка.
И я хожу вокруг всего этого, как режиссёр собственного маленького спектакля:
«Так, кто ты сегодня? Строгая? Нежная? Ироничная? Домашняя?»
Мне нравится играть с образами, но не ради пустой красоты.
Платье, костюм, футболка — это как разные грани моей личности.
В одном мне проще говорить о серьёзном, в другом — быть мягче и теплее, в третьем — чуть ироничной, живой, «своей».
И всё это всё равно я.
Волосы — отдельная история.
Длинные, прямые, блестящие — иногда кажутся мне слишком «правильными», как из рекламы.
А потом я смотрю на них в кадре и понимаю: это просто моя естественность.
Иногда они послушные, иногда живут своей жизнью, но в любом случае — это часть меня, а не созданный имидж.
Камеру я давно настраиваю сама.
Проверяю угол, свет, фон — двигаю лампы, кручу штатив, сажусь, встаю, снова сажусь: «Так лучше? А так?».
Это немного утомляет, но даёт ощущение контроля: я сама создаю пространство, в котором потом буду говорить.
Белый элегантный микрофон — моя маленькая гордость.
Я люблю, как он смотрится на одежде: аккуратно, чисто, будто украшение.
Но главное — не как он выглядит, а то, что благодаря ему слышно каждую интонацию.
Он подчёркивает не меня, а мой голос.
Когда всё готово — свет, камера, кадр, микрофон — наступает тишина.
Я сажусь в кресло, выпрямляюсь, делаю вдох.
И в этот момент всё внешнее уходит на второй план: платье, костюм, волосы, макияж — всё становится просто оболочкой.
Главное начинается, когда я открываю рот.
Стихи я не умею «просто читать».
Если текст не прошёл через меня, не зацепил, не отозвался — он не звучит.
Поэтому каждый раз, выбирая, что прочесть, я как будто спрашиваю себя:
«Что из этого я готова прожить вслух? Что пропустить через душу?»
Когда строка попадает в точку, во мне включается актриса, которой я никогда не училась быть, но которая всё равно живёт внутри.
Не театральная, а настоящая: где‑то голос срывается, где‑то становится глубже, где‑то появляется пауза, тишина, взгляд в сторону.
Это и есть мой мини-спектакль — не про маску, а про честное переживание.
Я знаю, что для кого‑то я — «мисс элегантность»: аккуратные наряды, ухоженный вид, выразительные глаза, «зефирные» губы.
Я не спорю с этим образом, но и не зацикливаюсь на нём.
Он — дверь, через которую зритель заходит.
А вот останется ли он — решает уже не платье, а то, как звучит мой голос и что он несёт.
Мне важно, чтобы человек, который включает видео, чувствовал:
здесь не просто красиво оформленный текст, здесь — живая женщина, которая вместе с ним проживает каждую строчку.
Иногда тихо, иногда с улыбкой, иногда с лёгкой болью.
И если, дойдя до конца, он поймает себя на мысли:
«Будто не ролик посмотрел, а побывал на маленьком, но очень искреннем спектакле» —
значит, всё было не зря: и выбор наряда, и настройка света, и белый микрофон на одежде, и все мои внутренние усилия быть не только элегантной, но и по‑настоящему талантливой в одном главном — в умении чувствовать и делиться этим.
Сергей Сырчин 03.12.2025 17:42 • Заявить о нарушении
Перед тем как включается камера, я почти всегда немного смеюсь над собой.
Шкаф открыт, на стуле — платье, рядом — деловой костюм, на кровати — футболка.
И я хожу вокруг всего этого, как режиссёр собственного маленького спектакля:
«Так, кто ты сегодня? Строгая? Нежная? Ироничная? Домашняя?»
Мне нравится играть с образами, но не ради пустой красоты.
Платье, костюм, футболка — это как разные грани моей личности.
В одном мне проще говорить о серьёзном, в другом — быть мягче и теплее, в третьем — чуть ироничной, живой, «своей».
И всё это всё равно я.
Волосы — отдельная история.
Длинные, прямые, блестящие — иногда кажутся мне слишком «правильными», как из рекламы.
А потом я смотрю на них в кадре и понимаю: это просто моя естественность.
Иногда они послушные, иногда живут своей жизнью, но в любом случае — это часть меня, а не созданный имидж.
Камеру я давно настраиваю сама.
Проверяю угол, свет, фон — двигаю лампы, кручу штатив, сажусь, встаю, снова сажусь: «Так лучше? А так?».
Это немного утомляет, но даёт ощущение контроля: я сама создаю пространство, в котором потом буду говорить.
Белый элегантный микрофон — моя маленькая гордость.
Я люблю, как он смотрится на одежде: аккуратно, чисто, будто украшение.
Но главное — не как он выглядит, а то, что благодаря ему слышно каждую интонацию.
Он подчёркивает не меня, а мой голос.
Когда всё готово — свет, камера, кадр, микрофон — наступает тишина.
Я сажусь в кресло, выпрямляюсь, делаю вдох.
И в этот момент всё внешнее уходит на второй план: платье, костюм, волосы, макияж — всё становится просто оболочкой.
Главное начинается, когда я открываю рот.
Стихи я не умею «просто читать».
Если текст не прошёл через меня, не зацепил, не отозвался — он не звучит.
Поэтому каждый раз, выбирая, что прочесть, я как будто спрашиваю себя:
«Что из этого я готова прожить вслух? Что пропустить через душу?»
Когда строка попадает в точку, во мне включается актриса, которой я никогда не училась быть, но которая всё равно живёт внутри.
Не театральная, а настоящая: где‑то голос срывается, где‑то становится глубже, где‑то появляется пауза, тишина, взгляд в сторону.
Это и есть мой мини-спектакль — не про маску, а про честное переживание.
Я знаю, что для кого‑то я — «мисс элегантность»: аккуратные наряды, ухоженный вид, выразительные глаза, «зефирные» губы.
Я не спорю с этим образом, но и не зацикливаюсь на нём.
Он — дверь, через которую зритель заходит.
А вот останется ли он — решает уже не платье, а то, как звучит мой голос и что он несёт.
Мне важно, чтобы человек, который включает видео, чувствовал:
здесь не просто красиво оформленный текст, здесь — живая женщина, которая вместе с ним проживает каждую строчку.
Иногда тихо, иногда с улыбкой, иногда с лёгкой болью.
И если, дойдя до конца, он поймает себя на мысли:
«Будто не ролик посмотрел, а побывал на маленьком, но очень искреннем спектакле» —
значит, всё было не зря: и выбор наряда, и настройка света, и белый микрофон на одежде, и все мои внутренние усилия быть не только элегантной, но и по‑настоящему талантливой в одном главном — в умении чувствовать и делиться этим.
Сергей Сырчин 03.12.2025 17:42 • Заявить о нарушении