Времена стародавние - стих одинадцатый

Дети в горку поднялись, в дремучей тайге, Суздаль скрылся за елями, день на дворе. Впереди в черной рясе, священник Олег, ведёт тайными тропами спасшихся всех. Кто-то кличет юродивым между собой, он давно потерял ценность жизни мирской. Его крест охраняет священным огнем, бережет душу вера, он тоже с мечом. Раскопав булат дедов на заднем дворе, Олег был готов бой дать пришедшим извне. Когда князь отступать стал, пред черной ордой, понял храбрый священник, его путь иной. Собрав женщин, детей, всех кто телом ослаб, он отправился тропами, их с собой взяв. Позади загорались жилые дворы, копья, стрелы ломались, завяли сады. Смерть приходит внезапно, ее не унять, лишь рождение власть эту вправе попрать. В частоколе найдя тайный отступ они, под кустами в кедровую рощу сползли. Перезвон слышно было, когда град горел, детский плач раздавался, Кощей кровь хотел. Вереница тянулась, от града в тайгу, человек сорок было, бежавших в лесу. Миновав поле лютиков, в горку взойдя, Олег к ручью спустился, мост хлипкий найдя. Духи леса давно, сотворили сей мост, переправу в край сказочный, белый  погост. Умирать приходили сюда все волхвы, воины света, священники, богатыри. Как гласили легенды, настанет тот день, обретет их дух плоть, когда Русь скроет тень. Сам Олег прошел первый, другие за ним, может мост под тем рухнуть, кто с умыслом злым. Будто скрытый вуалью, был мир позади, подождав всех священник, продолжил идти. Тут тепло наполняло, бежавших извне, находилась природа в извечной весне. Пахли свежестью ягод с малиной кусты, под ногами стелились ковры из листвы. Там виднелся над космосом, красный восход, соблазнял краской дивной, вдали небосвод. Будто боги спускались сюда на пиры, вход в небесное царство, блаженства миры. К позабытой часовне идти далеко, на волшебной земле потеряться легко. Тут минуты как годы, часы словно дни, безмятежность природы, уютно внутри. До сих пор существует портал в райский сад, распахнув сердце свету, мост можно узнать. Без привала, сквозь чащи, зверей миновав, они вход увидали, спасение снискав. На пригорке стояла часовня одна, белым камнем покрыта снаружи стена. Пустовала часовня, лишь ветер гулял, ее стражник незримый внутри охранял. Стражник был святым духом, он видит насквозь, с каким умыслом в хижину, явился гость. В латах белых прозрачных, с седой бородой, он был миром наполнен, сиял добротой. Правда был не совсем, человеком на вид, от того не показывал смертным свой лик. Ангелов все видали, как будто людей, образ истинный был самой смерти мрачней. Много крыльев, без формы, повсюду глаза, меч страшнее сталь режет, чем траву коса. Миновав ограждение, священник вошел, рядом кладбище было, тех кто рай нашел. Голод тело не гложет, у тех кто внутри, благодатной, священной, волшебной земли. Оно тут ближе всех, к первобытным богам, без греховным и светлым, Руси праотцам. Наклонившись сорвал, малец юный цветок и в руках у него оказался росток. Поднимаясь из грязи, он пылью упал, будто звёзды растаяв, в траве засиял. Все тут было пронизано светом любви, начинали калеки, без тростей идти. Заведя всех в калитку, Олег стал молиться и ему ангел в белых доспехах явился. Содрогаясь в тумане, хранитель стоял, золотой нимб над ним, светом чистым блистал. "Мы явились из Суздаля, это наш град, пробудился Кощей, принеся с собой ад. Я один знал, искать где защиты небес, по земле идёт войско, сечет живых всех. Помогите нам справится с этим врагом, полыхает родной, человеческий дом. Неужели для этого бог создал нас, чтоб страдали мы, падая демонам в пасть". Трепеща произнес Олег тихо ему, ангел ловко в доспехах, скрыл форму свою. Была хитрым обманом она для людей, не хотел пугать видом пришедших детей. "Это всё я предвидел, довольно давно, сквозь страдания живущим, пройти суждено. Жизнь всего подготовка, к тому что затем, не возьмёшь с собой то, что сотрёт время в тлен. Так куется железо, кузнец лишь один, мало кто готов сразу, к благам неземным. Оставайтесь у нас, под незримым крылом, только знайте, придется сразиться с врагом. Чему быть, тому быть, не избегнуть тот час, попытается нечисть сгубить в злобе нас". Металлическим голосом ангел сказал, нимб его словно пламя костра полыхал. Лавки рядом стояли, за белой стеной, люди сели в дом божий, на долгий постой. Они призраки были, не зная о том, тело легче пера, в крае дивном лесном. Перевернут людской мир, до новой поры, допускает бог зло, чтоб исправились мы. Ещё долго священник беседы водил, был лик ангельский в свете сияющем мил. Проходили закаты, рассветы и дни, не заметны пришедшим, в благой край они. Утекает водой, растворяясь как снег, время там, ближе всех где, к творцу человек.