Горе-бизнесмены

        В 90-е годы рынок труда напоминал безумный карнавал, где дипломированные хирурги виртуозно паковали огромные клетчатые сумки-"челноки", а доценты кафедры высшей математики с калькулятором наперевес штурмовали кооперативные палатки. Для одних этот тектонический сдвиг стал весёлым аттракционом с привкусом авантюризма, для других - суровой битвой за макароны. В эпицентре этого экономического хаоса оказались наши герои - классические жертвы эффекта Даннинга-Крюгера, чей уровень уверенности в себе кратно превышал их реальные навыки.

        В те лихие годы реклама двигала не только прогресс, но и полную безнадёгу. Наши герои, которых я обозначу позже, подошли к делу с размахом, которому позавидовали бы лучшие пиар-агентства Манхэттена. Изголодавшееся по сервису окружение моментально заглотило наживку. Сарафанное радио разнесло весть о "профессионалах нового типа" с быстротой лесного пожара. Знакомые, наслушавшись высокопарных речей о "европейских стандартах" и "инновационных методиках", пребывали в священном трепете. В их глазах наши специалисты выглядели титанами мысли и магистрами дела. Если бы в 90-х существовал Инстаграм, их профили лопались бы от пафоса. Но суровая реальность уже заносила над ними свой карающий молот. Иллюзия компетентности - штука приятная, но недолговечная. Законы рынка безжалостны: бизнес, построенный на чистом блефе, живёт ровно до первого практического задания.

        Справедливости ради, Петро, Толик и Серёга (так звали наших героев) не были прирождёнными жуликами. В своей прошлой, дорыночной жизни, они являлись блестящими профессионалами. К несчастью для них, их уникальные таланты не имели абсолютно ничего общего с диким капитализмом и умением втюхивать товар. Когда история совершила крутой разворот, жизнь повернулась к товарищам спиной. Причём той её частью, которую в приличном обществе называть не принято. Ситуация усугублялась тем, что наши герои были повязаны круговой порукой страшной силы. Они умудрились жениться на родных сёстрах. Этот семейный триумвират превратил их не просто в друзей по несчастью, а в полноценный клан, где каждый шаг контролировался тремя женщинами с одинаковым генетическим кодом и феноменальной памятью. Дома мужчин ждали не только любящие супруги, но и целая орава детей - каждый из братьев успел внести весомый вклад в демографию страны, остановившись как минимум на парной отметке. Кормить это подрастающее поколение, требовавшее еды, одежды и турецких сникерсов, нужно было ежедневно. Бежать парням было некуда: родственные узы затянулись на их шеях крепким морским узлом, мотивируя на любые, даже самые безумные бизнес-авантюры.
   
        Оперативный штаб будущих мясных магнатов развернулся в святая святых - в гараже, вокруг Серёгиной "копейки". Это был не просто автомобиль, а настоящий шедевр, пригнанный "из-за бугра", предмет лютой зависти всего района. На неё дули, её полировали трусами, а пассажиры перед посадкой обязаны были креститься и тщательно вытирать ноги. И вот, после первых ста граммов для блеска глаз, мужиков накрыло коллективное озарение. Никакого злого умысла - только чистый альтруизм, помноженный на здоровую коммерческую жилку! Стратегия века выглядела железобетонно, благородно и выгодно для всех: собрать с друзей, коллег и соседей деньги (кому сколько мяса нужно), рвануть в деревню на заграничном автошедевре, закупить там всё оптом "по дешёвке", а в городе раздать людям свежайший провиант. Ну и себе, разумеется, оставить небольшой, честно заработанный "навар" за логистику и вредность.
 
        Идея была настолько прекрасной, что знакомые с радостью скинулись и сформировали солидный бюджет закупки. Мужики аккуратно пересчитали рубли, чувствуя себя не то Робин Гудами, не то спасителями отечества. Новоиспечённые снабженцы запрыгнули в бархатный салон "копейки" и погнали в ближайшую глухомань. Поскольку тактику ведения переговоров они разрабатывали прямо в процессе обгона трактора, то по прибытии просто постучали в первые попавшиеся ворота. На пороге возник местный философ в состоянии глубокого подшофе, который мгновенно оценил блеск заграничного хрома на бампере и вызвался быть их "бизнес-гидом". Проводник честно возил их по адресам, сделка века состоялась: через два дня крестьяне обещали подготовить туши.

        На радостях от того, что благое дело выгорает так легко и честно, компаньоны совершили роковую ошибку - решили обмыть успешное начало. То, что происходило в следующие два дня, не поместилось бы и в трёхтомник криминальных хроник, смешанных с журналом "Крокодил". За эти сорок восемь часов в неизвестной глуши "трио" успело прожить три чужих жизни. Всё началось с сельского магазина. Стоило бизнесменам затовариться водкой, как к ним мёртвой хваткой прилипли местные маргиналы. Попытка интеллигентно объяснить, что "третьими будете, но в другой раз", вылилась в массовое побоище стенка на стенку, где городские снабженцы отчаянно защищали свой заграничный автомобиль и право на личные границы.
        Едва смыв кровь и колхозную пыль с лица, мужики умудрились закорешиться с местным егерем и уйти в тайгу на охоту, которая плавно перетекла в многократную рыбалку. Все эти культурно-массовые мероприятия сопровождались такими обильными возлияниями, что сама природа решила их наказать. Травматологический баланс поездки выглядел следующим образом: как и за какие грехи Петро умудрился подойти с тыла к местной кобыле - науке неизвестно. Лошадь душевного порыва не оценила и выписала ему копытом двухочковый в грудину. С переломом двух рёбер Петро доставили к местному фельдшеру-эскулапу, чьи методы лечения больше напоминали обряды вуду, но мужика кое-как склеили. На очередной рыбалке Толик, силясь поймать карася размером со спичечный коробок, совершил кульбит и рухнул за борт вместе со всеми снастями. Спасали его долго, шумно и с привлечением нецензурной лексики, поскольку Толик упорно пытался утонуть вместе с дефицитными бамбуковыми удочками. Апофеозом менеджмента стал сам Серёга. Сев за руль своего заграничного автошедевра с промилле, превышающим годовой план по заготовкам, он лёгким движением руля отправил неприкосновенную "копейку" в глубокий грязный кювет. Из этой преисподней иномарку советского пошива со слезами на глазах выковыривал местный тракторист Лёха, который так проникся масштабом трагедии и качеством импортной сборки, что тут же стал их лучшим другом и штатным собутыльником.

       Когда туман благородной алкогольной нирваны наконец рассеялся, наступило суровое экономическое похмелье. Как гласит народная мудрость: "Занимаешь чужие деньги и на время, а отдаёшь свои и навсегда". Все народные инвестиции, предназначенные для закупки тонн первоклассной свинины и говядины ради спасения голодающих горожан, улетучились с быстротой спирта на открытом воздухе. Они ушли на водку, штрафы егерю, знахарское лечение рёбер Петра, новые удочки и бесконечную солярку для тракториста Лёхи, который героически спасал легенду заграничного автопрома. Своих же денег у "снабженцев" не предвиделось даже в долгосрочной перспективе. В сухом остатке у бизнес-трио имелось: два сломанных ребра Петра, простуженный Толик, искупанная в болотной жиже "копейка" Серёги, верный друг-тракторист Лёха и полное, абсолютное отсутствие мяса. А в городе их с нетерпением ждали голодные друзья, которые просто хотели котлет, и три родные сестры, готовые устроиться на работу профессиональными палачами за растрату семейного авторитета.

        Возвращаться из этого "мясного турпохода" пришлось под покровом глубокой ночи. Обтекаемая болотной жижей заграничная "копейка" бесшумно катилась по дворам с выключенными фарами, напоминая партизанский танк. Мужики молились всем автомобильным богам, чтобы ни один вкладчик не выглянул в окно и не потребовал свою долю от несуществующего крупного рогатого скота. Однако дома их ждало испытание похлеще встречи с обманутыми дольщиками. Три родные сестры устроили такой разбор полётов, что у Серёги, Толика и Петро мгновенно выветрились последние остатки деревенского гостеприимства. Семейный консилиум единогласно приговорил "бизнесменов" к бессрочному голодному пайку, тотальному презрению и пообещал упаковать их чемоданы к утру, если ситуация не будет исправлена.
 
       План спасения "Тесть и его скотина" был придуман жёнами. Понимая, что их ячейки общества трещат по швам, женщины взяли управление кризисом в свои руки. Истерики истериками, а репутацию большой семьи нужно было спасать. Сёстры нашли единственно верный и тактически безупречный выход. Они пинками загнали мужиков обратно в иномарку советского автопрома и лично с ними рванули на дачу к родителям. Благо, тесть был мужиком основательным и как раз заготовил на зиму упитанного бычка и свиней. Выслушав слёзную исповедь дочерей и узрев помятые физиономии зятьёв, тесть тяжело вздохнул, помянул добрым словом советскую власть и выдал стратегические запасы.

       Назад "копейка" возвращалась, скребя глушителем по асфальту: багажник был забит мясом до отказа. Гаражная битва за вырезку происходила в том же злополучном гараже и превратилась в филиал гладиаторских боёв. Забыв о родственных узах, компаньоны начали яростно делить тестячий гуманитарный груз, пытаясь закрыть им не только долги перед знакомыми, но и свои личные боевые потери. Серёга орал, что ему положена лучшее мясо за амортизацию заграничного автопрома и отмывание кузова от колхозной жижи. Петро, хрустя сломанными рёбрами, требовал компенсацию за производственную травму, нанесённую непатриотичной деревенской кобылой. Толик громче всех бил себя в грудь, доказывая, что ему причитается как минимум целый свиной окорок - исключительно на покрытие морального ущерба и выкуп чужих дефицитных удочек, которые он так бездарно утопил во время своего озёрного кульбита.
       В процессе делёжки мужики успели переругаться, пару раз уронить топор на ноги и даже символически подраться, оставив на стенах гаража неизгладимые следы мясного менеджмента. Кое-как, с грехом пополам, они распихали куски по пакетам и раздали их знакомым. Заказчики получили свои заказы, но наши герои вместо долгожданной прибыли получили абсолютный ноль в кармане, суровое порицание от родителей, слёзы жён и дёргающийся правый глаз.

       Эта великая мясная авантюра 90-х оставила след не только на рёбрах Петро, но и в умах всего трио. Жизнь преподала им жёсткий, но справедливый урок, который они запомнили крепче таблицы умножения: "Не умеешь - не берись! Пьянство и бизнес несовместимы!". Профессионализм нельзя заменить энтузиазмом и литром водки. Коммерция требует холодного расчёта, трезвой головы и чётких навыков, а дилетантство на пару с алкоголем всегда оборачивается финансовой катастрофой и семейным трибуналом.