Русь серебряная поэма

                Искушенны  в  разбоях,  покинут,
                Мастаки  до  чужого  добра,
                В  раздраженьи глухом, Аргентину,
                Не  нашедшие  в  ней  серебра…


            РУСЬ   СЕРЕБРЯНАЯ

По  преданьям  времён  отдалённых,
Шла  дорогой  «святых  лебедей»
Из  земли,  что  воспета  Платоном,
Чудом  спасшихся  горстка  людей.

Той  дорогой,  застывшей  в  столетиях,
В  протяжении  множества  лет,
Пух  роняя,  священные  лебеди
Оставляли  серебряный  след.

Этот  путь  стал  «дорогою  жизни»
Испытавшим  утраты  сполна,
Пережившим  удар  катаклизма
Трем,  спасённым  Судьбой,  племенам.

На  пути  были  реки  и  горы,
Гладь  озёрная,  моря  кордон,
Хмарь  лесов  и  степные  просторы –
Обиталища  диких  племён.

Первым  стал  у  подножий  скалистых
И  на  камень  сложил  свой  доспех,
Очарован  красою  альпийской,
Остановленный  племенем  Чех.

Но  туда,  где  «полночные  горы»,
И  где  властвует  мудрый  Один,
Где  купается  небо  в  озёрах,
Уводил  соплеменников  Финн.

Шли  на  полночь,  сменяя  одежды:
Тёплый  мех,  вместо  лёгких  туник.
Край  озёр  и  лесистые  вежи
Стали  родиной  новой  для  них.

А  в  краю,  где  черёмух  кипенье
В  перелесках  и  рощах  берёз,
Тем  местам  отдаёт  предпочтенье
Для  народа  и  выбор  свой  Росс.

Так,  под  Божьей  эгиды  покровом,
На  просторах  разбили  свой  стан
Те  скитальцы  судьбины  суровой –
Предки  древние  древних  славян.

В память грозных событий в Эфире,
Лет отсчёт свой вели напрямик
От времён Сотворения Мира
В Храме Звёздном небесных владык.

Поклонялись  Яриле  с  рассветом,
Свято  чтили  духовный  устой,
Седовласые  старцы  и  дети
Омывалися  Божьей  росой.

Средь  берёзок  и  сосен  смолистых
Зажил  мирно,  не  зная  невзгод,
От  вождя  и  от  рос  серебристых
Получил  своё  имя  народ.

С  той  поры,  покрывая  столетия,
В  благодатную  эту  страну
Каждый  год  серебристые  лебеди
Приносили  на  крыльях  весну.

* * *
Иноверья  опутан  веригами,
Не  приемля  вражду  и  разлад,
Чуждым  царством  и  чуждой  религией
Был  порушен  Большой  Каганат.

На  подъём  и  на  проповедь  скоры,
Чужды  русскому  Богу  жрецы,
Заспешили  на  Русь  волонтёры –
Самых  разных  конфессий  гонцы.

И  в  своих  устремленьях  суровых –
Стать  владыками  судеб  земли -
Обличённые  знаньем  и  словом,
Без  согласья  народов  смогли

Захватить  безраздельное  право
Сеять  в  людях  вражды  семена,
Насаждая  религии  нравы,
И  богам  раздавать  имена.

Ведь  у  них,  в  облаках  не  витающих
И  с  небес  не  снимающих  звёзд,
Не  творящих,  а  лишь  осуждающих,
Принцип  жизни  удобен  и  прост:

Встав  на  мёртвого  льва – слыть  отважными.
И,  совсем  не  сочтя  за  позор,
В  мир  смотреть  сквозь  замочную  скважину,
Совершенствуя  свой  «кругозор».

И,  конечно  же,  эти  клевреты
Знали  ( истина  не  нова ),
Что  убийственнее  арбалета
Беспощадная,  злая  молва.

                * * * 
Ночь-волшебница  вьюги  дыханьем
Убелила  поля  и  кусты,
Завораживая  очарованьем
И  коварством  своей  красоты.

Рассыпается  пылью  морозною
Зыбкий  снег,  под  ногами  хрустя.
И  большими  алмазными  звёздами
В  лунном  свете  снежинки  блестят.

Укрощёна  мороза  десницей
Стынет  речка  в  ледовых  цепях.
И  серебряный  иней  искрится
Мириадами  звёзд  на  ветвях.

В древнем храме с  молитвой  поклонною,
Уносящейся  ввысь  до  небес,
Троекратно  в  водицу  студеную
Опускали  серебряный  крест.

Так,  во  имя  спасенья  народа,
Единения  мыслей  и  дел,
Князь  Владимир в те давние годы
Окунался в Святую купель.

И  в угоду заморской  религии,
Утвердив прежней веры исход,
Ниц  повержен  злачёными  ризами,
Уступает  Перун  свой  народ.

Русь  поправ  своей  лапой  когтистой,
Здесь  прописку  свою  приобрёл
Символ  власти  Державы  Российской
Византийский  двуглавый  орёл.

С  той  поры  прочно  канули  в  Лету
Времена,  когда  русич  и  Бог
Пребывали  в  любви  и  совете
И  вступали  в  прямой  диалог.

Но  хранила  традиций  святыни
На  этапах  судьбы  непростой
Та  земля,  что  от  века  до  ныне
Именуется  Русью  Святой.
                * * *
Сквозь столетья, в трудах и стараниях,
Возвышаясь и множа свой род,
Утверждаясь в местах обитания,
Поднимался славянский народ.

Даже если нужда докучала,
Непосильной работы груз,
Семьи русичей выручали
Крепь и святость семейных уз.

Ради самых благих начинаний,
Проповедуя веру свою,
Закреплялся обрядом венчания
Каждый новый семейный союз.

Гибли русичи в смертных боях,
Изгоняя незваную силу.
А в селеньях, детишек обняв,
Вдовы горестно голосили.

Приобщался к молитве народ,
Омываясь зарёй перламутровой,
Опекая и вдов, и сирот
Со времён Ярослава Мудрого.

Хоть случались и взлёты, и сбой
В демографии древа ветвистого,
Дети были главнейшей статьёй
Испокон для народа российского.



                * * * 
Хлеб  растили,  врагов  отражали  удары,
Ведь  на  Русь,  всяк  вершил  свой  набег:
Древний  скиф,  буйный  предок  хазара,
И  кипчак,  и  лихой  печенег.

И  в  свободе  своей  притесненны,
На  два  века  утратив  покой,
Жили  с  чувством  в  душе  оскорбленным
Тяжким  игом  Орды  Золотой.

Только  русич  в  любые  невзгоды,
Проявляя  характера  твердь,
Отдавал  предпочтенье  свободе,
Предавая  презрению  смерть.

Тщетно доводов веских немало
Довелось дипломатам сказать.
На пути войска царского встала
Неприступная крепость – Казань!

Сююмбике, обличённая властью,
Сохраняя свой княжеский род,
Несогласьем и женским лукавством
Обрекла на погибель народ.


И  когда  заложить  царь  потребовал
Смертоносное  « зелье»  в  подкоп,
Вдохновляет  полки  князь  Серебряный
На  последний  ордынский  оплот.

Словно  Божье  с  небес  наказанье
(Боги  к  судьбам  народов  глухи),
Снизошло  на  героев  Казани
За  кровавые  предков  грехи.

                * * * 
Раздвигая  владений  окраины
В  тех  краях,  где  якут  и  тунгус,
Степью  дикой,  Сибирью  бескрайнею
Прирастала  Великая  Русь.

Аркаим и Урала седые утёсы,
Щедрость рек, плодородье полей
Обживали заботливо великороссы
На бескрайней, свободной земле.

Рек  порожистых  бурные  всплески.
Гряды  скальных  утёсов  нагих.
Среброствольных  берёз  перелески,
Даль  бескрайняя  синей  тайги.

Цветь  тюльпанная,  буйство  сирени,
Прелесть  дивная  южных  степей,
И  полёт  журавлей,  и  волненье
Серебристых  степных  ковылей.

Удручённы  утратой  свободы,
Испытав  притеснения  груз,
Здесь  искали  спасенья  народы,
И  брала  под  защиту  их  Русь.

              * * *   
Просвещеньем  наук  многоликих
Ум  пытливый  в  познанья  вовлек,
И  эпохой  открытий  великих
Стал  в  России  «серебряный  век».

На  путях  триумфальных  столетия,
Бытия  поворотах  крутых,
Мир  явился  судьёй  и  свидетелем
Замечательных  судеб  людских,

Воспевавших  свободу  и  братство,
Предрекая  расцвет  городов,
Для  народов  прогресс  и  богатство,
Созидаемых  мирным  трудом.

Тех  людей,  что  всем  сердцем  стремились
Честью  Русской  Земли  дорожить,
Миру  в  космос  дорогу  открыли,
И  со  Славой  смогли  пережить

Исторических  вех  лихолетье,
И  соседей  враждебный  настрой,
И  восьмого  тысячелетья
Дать  отсчёт  половине  второй.

             * * *      

Но  как  прежде,  гонимые  временем,
Зимовать  улетая  на  юг,
Покидают  нас  белые  лебеди,
Оставляя  серебряный  пух.

Вновь  дождями  зальются  кюветы,
Сникнут  вётлы,  пожухнет  полынь,
Сменит  прелесть  янтарного  лета
Серебристая  зимняя  стынь.

И  путями,  для  нас  неприметными,
День  и  ночь  уводя  за  собой,
Молчаливо  закаты  с  рассветами
В  бесконечность  идут  чередой.

А  над  миром,  где  дремлет  Россия
Под  искрящимся  снежным  ковром,
В  ночь  крещенья  Создатель  Всесильный
Щедро  сыплет  с  небес  серебро.


                Февраль  2011г