Часть третья. главы xx-xxx

XXI

Он перестал, но все же долго
Думал верить или нет.
Марти знаешь? Карту можешь
Посмотреть. Ага, мой дед.
Я с миром и совсем голодный.
Лан, садись. И за обедом
Я объяснил, что так-то так-то
Он понял все. Молчал досадно.

XXII

Я сбежал ещё так юным
Работал, да трудился в шахтах.
Порт тогда каким-то культом
Терроризировался. Шансов
Стало меньше гнать оттуда
Хотели мы с друзьями. Свято
Кто-то уже отдался Богу
И нам читал ученья злого

XXIII

Культа. Наши переулки
Были отбелены крестом,
Типо отрекшиеся с испугом
Жили бедно, а в другом,
Где почитали свято: руки
Тянули к образу с лицом
Осьминога и в достатке
Ели рыбу и были травли

XXIV

Нас с работ повыгоняли,
Кто-то помню мне принес
Слиток золота и сам мне
Всю прелесть веры вслух донес.
Побросали свои яхты:
Еда сама к тебе плывет
Из моря. Так они жили,
Потом заводы строить вышли.

XXV

Мы. Нас уже рабочих
Кормили скудно пайка в день.
Как в концлагере работать
Было страшно умереть
Среди измученных без крови,
Ещё оставшихся людей;
Дармоедов слышал сразу
Отправляли что-ли в вахту...

XXVI

В какой-то день я слышал ночью
Крики, началась резня
Их Бог хотел пролития крови
Сдирали кожи и меня
Чуть ли не поймали, ели ноги
Унес и спрятался. Заря
Была, как ад: везде кровища,
Огни пылали, пепелища...

XXVII

Бежать не все могли, как знаю
Их дом, семья, родимый порт
Держали их возможность сам я
Искал, дождался ночью вот...
Я поспешил. Дед мой Мартим
Помог мне с лодкой, но приход
Охраны. Я поспешил отчалить,
Софусь не взял тогда... поймают

XXVIII

Боялся. В спешке Мартим Софу
Не смог на руки передать,
Там фонари мелькали сбоку,
А попадись, тогда им да...
Конец! Ну я поплыл мой город
Исчез во тьме, тогда туман
Стоял повсюду и это скрыло
Мой побег мне душу крыло

XXIX

Болью. Долго плыл, однажды
Что-то рядом проплыло:
Оно огромное и дважды
Дно задело, прорвало
Вода нахлынул, что странное
Чёрный след, как нефть пятно
Поднялось и воняло жутко
Доплыл я кое как до суши...

XXX

Вглубь ушел я, чтобы моря
Не видеть, к черту, насовсем!
Забыть про дом и порт Бачонай
Отречься попросту от всех!
Не слышать проповедь лет сорок
И наедине подохнуть здесь,
Но ты пришел. Конец покою
Я рад, не рад, и то не скрою...