Тайна Александра Пушкина и Анны Керн

Один лишь шаг до поворота –
и разминулись бы пути.
Фатальность встреч иного рода –
ничто! Я   –   хладная    порода.
Но с Вами   –   рай    в моей груди!

Я Вашим образом пленился
со дня, как Вас послал мне Бог.
При Вас я пылче Диониса,
без Вас – на сердце огнепёк.

Нам избегать ли с Вами тропок,
где затаиться есть резон!
Я, словно паж, доселе робок,
но откровенный видел сон,

где нам счастливый жребий выпал:
Вы смели, как нельзя скромней,
остановить свой женский выбор
со всею пылкостью на мне.

Ваш взор целительней микстуры.
Вы чутки более, чем мать.
Желаньям искренней натуры
обязан истово внимать.

Во мне солидность каравана,
а чувства трепетнее птах.
И что отраднее романа
с любимой грезится в мечтах?!

Искать не вправе в гневе рая
приревновавший Вас к юнцам.
Устам игривым не внимая,
я узнаю, что нем я сам.

Когда бы взяли правом Евы
Вы то, что в руки шло само,
тогда б увидели во мне Вы
всё, что нахлынуло со мной.

Пусть в пику лестным откровеньям
учтивость я не отменял,
борьбу симпатии с волненьем
Вы   укрывали   от меня.

Меня любить Вы не решились,
иль это мнится мне во мгле?
Надежды почвы не лишились,
но испаряются в огне.

С утра угрюм, я возгораюсь,
превознося разлуку дней
за повышающийся градус
любви, что скрыть всего трудней.

Вы выше планки совершенства,
с которой я   мечту   сверял.
Вы родились в час выдвиженства
Вас в поднебесный ареал.