Мне кажется, я старюсь
и не названы вслух мысли,
в день рождения поэта первого,
время течь стало иначе,
внутри сыпи по ознобу кожи
не обрезаны длинные волны коротким лезвием,
может всё это мне кажется,
а может проявление недоверия...
по хрустальной треноге стекает даль,
в ней горизонт пачкает равновесие,
спотыкается февраль,
ему вьюгами быть, а он в дождь верит,
в одну чашу невозможно налить,
что всем глоткам понравится,
невеста сняла с себя крест,
а фата…
фата решила - останется…
другие лица вокруг,
либо против солнца, либо в отражениях,
ушёл в завтрашний день вчерашний,
ему стало мерещиться –
пережёвывает какаду в клетке
выученное слово,
ни что не меняется в мире его,
откопайте седьмой реактор,
где внебрачная комбинация цифр радиации,
портфолио мертвецов не изменится,
он в клетке останется…
зачерпнёт лист влагу дождя
тем, кому слякоть – подагра ,
для него жизнь –
не засохнуть придатком,
и главное небо (по прежнему) выше,
и прибит к кресту голый странник,
спит в бездне беспамятства,
а труха валяется рядом…
и пусть гнев не выводит наружу свет,
и пусть тьма делает своё лето,
мы достанемся своей яме,
где вода, в панцирь частот, качает Герцы,
за душой гвозди по самую шляпку,
и быть смирным – важное дело,
мне кажется – я старюсь,
ведь всё это так надоело…
Свидетельство о публикации №121070707185