Славяне и славянки любовь народов -2

(Говорит славянка. Голос твёрдый, но без истерики.)

Меня зовут… ну пусть Наташа.
И да, я славянка. Обычная. Не «богиня Инстаграма», не «королева эмиграции».
Просто женщина, которая живёт, любит, ошибается и делает выводы.

Знаете, что особенно обидно?
Когда о нас, славянках, начинают говорить либо как о «лучших в мире невестах»,
либо как о «гадких перебежчицах».
Чёрное или белое. А жизнь — она сложнее.

Где‑то там, за границей,
живут «Наташки‑змеи» — так их уже прозвали в народе.
Те, кто уехали, отрезали все корни и теперь громко вещают:
«Россия? Да что вы! Я ничего о ней знать не хочу!
Там все нищие, там все несчастные, там мужчины никому не нужны!»

Они сидят с бокалом вина,
рядом «евромуженьки»,
и в каждом втором посте — одно и то же:
«Смотрите, как мы востребованы!
Как нас ценят! Как нас любят!
А вы, Ванюши, никому не нужны.
Да и иностранкам тоже не нужны!»

И я на них смотрю —
и мне не завистно.
Мне противно.
Не потому что они уехали.
Каждый имеет право искать своё счастье где угодно.
А потому что счастье, построенное на презрении к своим,
выглядит жалко.

Славяне‑мужчины, которых они так громко хоронят,
на самом деле живут, работают,
женятся — и не спрашивают разрешения ни у кого.
Мужчины наши время не теряют.
Кому‑то по душе русская или украинка,
кому‑то — венесуэлка, бразильянка, индуска, китаянка.
Кто‑то везёт невесту из‑за границы,
кто‑то знакомится там, по работе, по учёбе, по случаю.

Их ведут под венец в обычные ЗАГСы,
и там нет фанфар про «национальную гордость» и «рейтинги невест».
Там просто двое людей,
которые решили быть вместе.

А от некоторых наших бывших —
тех самых, кто уехал и теперь поливает всё славянское грязью —
исходит такая мерзость,
что хочется умыться после каждого их «высокомерного» поста.
Желчь, спесь, вечное сравнение:
«Там всё лучше, тут всё хуже,
вы тут все никому не нужны, а я — королева».

Но знаешь…
настоящая уверенность в себе
не требует никого унижать.
Ни своих, ни чужих.

Я — славянка.
И я не обязана никому доказывать,
что «я лучше» или «хуже» венесуэлки, француженки или мексиканки.
Мы разные.
Мы — женщины.
У каждой — своя история, свои шрамы, свои мечты.

Я не против, что наши мужчины
женятся на иностранках.
Если он счастлив с венесуэлкой —
да пусть будет счастлив!
Если украинец нашёл любовь в Мексике —
да ради бога.
Главное — чтобы это была любовь,
а не побег от комплексов и не игра в «докажу всему миру, что я крутой».

Но я против,
когда кто‑то из наших, славянок,
становится рупором ненависти.
Когда из чужой страны, из уютной кухни,
льётся:
«Смотрите, какие вы жалкие,
а я — востребованная, успешная, особенная!»

Те, кто действительно счастлив,
обычно молчат и просто живут.
А громче всех кричат те,
кому до конца и себя не удалось убедить,
что их выбор — не ошибка.

Я — славянка.
Я живу здесь.
Я знаю свою страну не по мемам и не по слухам.
Знаю её боль, её смех, её сложности и её красоту.
Я знаю наших мужчин — разных:
и тех, кого стыдно вспоминать,
и тех, ради кого хочется горы свернуть.

И я говорю:
хватит делить людей на «своих» и «чужих» по паспорту и акценту.
Любовь народов — это не битва рейтингов:
кто востребованнее, кто красивее, кто «моднее».

Любите тех, с кем вам хорошо.
Не бросайте грязью в тех, от кого вы когда‑то сами вышли.
Не превращайтесь в «Наташек‑змей»,
которые строят своё хрупкое счастье
на презрении к собственным корням.

А мы, славянки,
останемся теми, кем были всегда:
разными, живыми, упрямыми, нежными,
иногда слишком прямыми,
но способными любить так,
как никакая статистика не измерит.

(Говорит славянин. Спокойно, с усталой иронией.)

Меня зовут, допустим, Андрей.
Обычный славянин. Не олигарх, не блогер‑миллионник.
Работаю, плачу налоги, люблю, ошибаюсь, как все нормальные люди.

Последнее время открываешь интернет —
и откуда‑то из тёплой Европы, из Эмиратов, из Турции
лезут одни и те же голоса.
Те самые «Наташки‑змеи», как их уже прозвали.

Сидят где‑то далеко,
рядом евромуж, кофе, панорама города в окне —
и начинается:

«Мы — славянки — самые красивые!
Мы в Европе и Америке нарасхват!
Смотрите, как нас тут любят, как нас ценят!
А вы, Ванюши, никому не нужны.
Ни у нас, ни у иностранок».

Слушаю это и думаю:
девочки… вы вообще в реальности бываете?

Во‑первых, не вы одни красивые.
Красивые женщины есть и в Венесуэле, и в Индии, и в Корее, и в Африке.
Во‑вторых, если всё ваше «счастье» строится на том,
чтобы доказать, что «там лучше, чем тут»
и «мы востребованы, а вы — нет»,
то это уже не счастье, а вечная оборона от своих комплексов.

Про нас, славянских мужчин, любят рассказывать сказки:
что мы все сплошь страшные, неухоженные,
с пивными животами, немытые, никому не нужные,
а уж иностранки нас якобы вообще стороной обходят.

А теперь давайте без истерики, с фактами.

Мужчины наши время не теряют.
Женятся на тех, с кем им хорошо.
Иногда это — своя, славянка.
Иногда — венесуэлка, бразильянка, индуска, китаянка, кореянка.
Кто‑то знакомится по переписке,
кто‑то — в другом городе, кто‑то — в другой стране.
Кого‑то ведут под венец в нашем дворце бракосочетания,
кто‑то уезжает и женится там.

Я вот смотрю:
русский с венесуэлкой живёт душа в душу —
и ничего, все довольны.
Русский с бразильянкой, русский с афроамериканкой —
нормальные семьи, ухоженные, красивые,
дети — просто загляденье.
Украинец с мексиканкой — пожалуйста.
Белорус с китаянкой — да почему нет?

И при этом у меня полно друзей,
кто женат на обычных славянках,
кто живёт здесь, не собираясь никуда бежать.
Любят друг друга, ругаются, мирятся,
растят детей — без громких заявлений,
что «мы востребованы» или «мы никому не нужны».

А от некоторых наших эмигранток
действительно несёт мерзостью и спесью.
Они про свою страну уже толком ничего не помнят,
но продолжают рассказывать, какие тут все «никчёмные»
и как только там, «у них», жизнь настоящая.

Знаете, что самое смешное?
Настоящие счастливые люди
редко сидят в камере и убеждают всех,
что у них всё идеально.
Кто по‑настоящему нашёл своё —
обычно просто живёт.

Я не против, что славянки выходят замуж за иностранцев.
Честно.
Если нашла она себе хорошего мужчину,
будь он турок, француз или канадец —
да на здоровье. Любовь — она не по паспорту меряется.

Но я против, когда меня, славянина,
по умолчанию записывают в «неликвид»:
мол, «ты никому не нужен, тебя нигде не ждут,
ты тут сиди и завидуй».

Не завидую.
Я знаю себе цену.
Я знаю, что я могу дать женщине —
заботу, работу, плечо, дом,
и, если повезёт, — любовь на всю жизнь.

Я не святой, не идеальный,
но и не тот карикатурный Ваня в ватнике,
которого рисуют в своих обидных постах.

Я — славянин.
Я не делю женщин на «своих» и «чужих».
Я делю на тех, с кем мне по пути,
и тех, с кем — нет.
И мне всё равно, откуда она —
из Венесуэлы, Бразилии, Сербии или из соседнего подъезда —
если у нас с ней одно сердце на двоих.

Но, если честно,
я всё равно особенно люблю своих —
славянок.
Потому что мы с ними говорим на одном языке,
понимаем один юмор, одну боль, одну историю.
И мне хочется, чтобы они любили нас,
славянских мужчин,
а не верили в сказки про то,
что все нормальные — только «там, за бугром».

Любовь народов — это не соревнование,
кто больше «востребован» и «круче устроился».
Это когда человеку с человеком хорошо.
Всё остальное — шум.

Я — славянин.
Я живу здесь.
И я ни у кого не собираюсь спрашивать разрешения —
любить, жениться, строить свою жизнь.

Сергей Сырчин   04.12.2025 01:01   •   Заявить о нарушении