А далее грядущее линяет в каком-то нестерпимом сватовстве и поглощает капая слюнями заморской буженины страстоцвет, на коем белость мраморных прожилок соседствует с кровавостию мышц, их волокном. Неместного пошиба, свою судьбу усугубляешь лишь, входя в дворы, в их серую кошатность, валерианный бабушкинский рай. К чему теперь хранить рукопожатность, а коль и был, подолее скрывай - и проживёшь, и выдюжишь до срока, себе присвоив истину одну. На проводах болтается сорока. И нет Луны. Не воем на Луну.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.