Счастье Веры

Встречаемся редко.
За церковью, в сквере,
Где круг огибает десятый трамвай.
Мы едем к подруге, Афониной Вере,
Хотя и узнает нас Вера едва.
В руке твоей сумка со связкой бананов,
Пельмени в контейнере, теплый пирог.
Но главная радость в подкладке кармана –
Большой чупа-чупс и котёнок-брелок.
У Веры на темени шрам-многолистник,
И грубыми метками петли и швы -
Ей разум отмерил безропотной жизни
И самых любимых оставил в живых…
Встречаемся редко.
Когда за делами?
И Вере, пожалуй, давно не до нас.
Мы ходим к тетьСане, подругиной маме,
Пьем чай земляничный и терпкий Syrah.
А Вере сегодня опять двадцать восемь.
И больше не будет уже никогда.
А в паспорте ложь.
Ведь по-прежнему осень.
Верблюжьи колючки.
Жара.
Кандагар.
На выцветшем фото в серванте Андрюха,
За сутки до штурма, уверен и крут –
Восторженно смотрит,
Но в юной старухе
Он вряд ли узнал бы свою медсестру.
– Спасибо, девчонки, – вздыхает тётьСаня,
Стирая слезу от нахлынувших чувств, –
Уж если со мной что, то знаете сами…
 
А Вера счастливо сосёт чупа-чупс.