Вкусивший плод запретный ненароком...

Вкусивший плод запретный ненароком,
Адам бродил по раю, как во сне.
Повсюду сладко веяло пороком.
И грех был даже в ангельской возне.

И нагота ветвей сквозь листья кроны
Сквозила вызывающе теперь.
И даже в свете солнечной короны
Чешуйчато блестел грядущий зверь.

Всё источало грех и сладострастье,
И заводило медленно в тупик.
И даже Высшей Сущности всевластье
Казалось произволом в этот миг!

И на ягненка лев смотрел с надеждой,
Что тот ему запрыгнет прямо в пасть.
И Ева, не знакомая с одеждой,
Готовилась Адаму в ноги пасть.

И корни, разомлевшие в навозе,
Навеки были спрятаны в золе.
И было ясно то, что канет в бозе
Любая память о добре и зле.

И только человек, один из тысяч,
Как ты ему запреты не долдонь,
И за вратами рая сможет высечь
В изгнании божественный огонь.

И этот-то огонь Адам однажды,
Когда иссякнут хлеб и колбаса,
Устав от глада, хлада и от жажды,
Забросит прямо к Богу в небеса...