Барвинок

Опять нет парного носка.
И сигареты.
В окне бесчувственный закат,
а где-то лето...
А где-то жаркое азу
и сочный журек,
и двое семечки грызут
под абажуром...
В потёках хмурое окно
без занавески.
А ты опять не спал всю ночь –
крутил железки.
На подоконнике встречал
рассвет карминный –
смотрел как по небу печаль
плывет сардиной...
Молодожёны за стеной
бухтят спросонья,
всю ночь ругались под кино –
Антониони...
У них какао и бисквит.
А ты небритый,
надев непарные носки
и старый свитер,
идешь в предутреннюю тишь,
пока трамваи
молчат ещё. И ты молчишь,
слова срывая...
Бредёшь вдоль леса по тропе
до поворота –
сломался, чёрт возьми, мопед,
а где-то кто-то...
А где-то рядом – город плит,
лицо на камне...
Ты шепчешь: «Кать, я бросил пить...
Или пора мне?»
Песок сырой. Вороний след.
Тоска сардиной.
И фиолетово в ответ
дрожит барвинок.
Идёт незримый диалог –
тоскуют двое.
И кается уставший Бог
в столетней хвое...