И нет предела этой высоте

Великая... Волшебная... О ней
Эпитеты не могут быть чрезмерны.
Ничто не может быть её важней,
Творит и очищает мир от скверны
Любовь... Всего лишь слово, но оно
Вмещает столько красок и значений!
И в каждом скрыто высшее зерно,
Семи единых принципов ступени.

I.

Прекрасного и вечного шаги
Впервые пробуждают душу в детстве:
Симпатия, влечение к другим,
Красавицы игривое кокетство,
Смущение, неловкий поиск тем
Общения и глаз заворожённость...

Мы разные, конечно же, но всем
Знакома мимолётная влюблённость.
В ней трепетной привязанности нет:
Красавица ушла, и чувство скрылось,
В душе почти не оставляя след, -
Возникло, озарило и забылось.

II.

Проходят годы. Юности порог
Переступаем мы. И вот однажды
На перекрёстке жизненных дорог
Попутчика встречаем. Точно так же
Знакомимся, как было в первый раз:
Симпатия, привычные остроты,
Улыбки, комплименты, но сейчас
Растёт, бурлит неведомое что-то...

И вдруг неодолимая волна
Сметает все барьеры новым чувством!
В душе впервые буйствует весна,
Цветёт безумной радостью и грустью.

И этот, только этот, человек
Становится дороже всех на свете:
Мечтаем мы о нём и в дождь, и в снег,
Тоскуем, засыпая на рассвете,
О том, что без него не можем жить,
А если сможем, то с душевной раной...

Так просто в сложном мире полюбить,
Пьянея от сладчайшего дурмана
Страстей неодолимых, словно нас
Друг с другом иногда соединяет
Неведомая силища и враз
Всю жизнь бесповоротно изменяет,
Толкает неизведанным путём
И кажется то доброй, то коварной…
Мы силу эту издавна зовём
Судьбою, роком, на Востоке - кармой.

III.

И вот мы вместе. Радость иль беда -
Всё пополам. И раньше или позже
(А для кого-то, может, никогда -
Закон судьбы суров и непреложен)
Рождается ребёнок. И сердца
Иная благодать переполняет:
Взгляд мамы, а улыбка – от отца,
И каждое движенье умиляет.
И от забот кружится голова,
Но мы готовы всё, что можем, сделать,
Услышать чтобы первые слова
И первый шаг увидеть неумелый.
И чтобы малышу помочь войти
В огромный мир, опасный и серьёзный,
Препятствия осилить на пути
И стать самостоятельным и взрослым,
Готовы до своих последних дней
Откликнуться по первому же зову...

Воистину, что может быть сильней,
Чем эти добровольные оковы
Родительского долга и любви?!
И всё же, несмотря на всё желанье,
Не можем за ребёнка мы, увы,
Судьбу прожить и выполнить призванье.

А Тот, кто волен судьбы предрешать,
Содействует, внимательный и строгий,
Чтоб данная родителям душа
Пошла по предначертанной дороге.

- - - - - - -

Итак, влюблённость, пламенная страсть
И радость материнства и отцовства.
Нетрудно в их желанный плен попасть, -
Не нужно ни ума, ни благородства, -
Известны и понятны всем они,
И искони так было, есть и будет.
Три уровня любви... И, кроме них,
Так много разных форм известны людям:

Любовь к природе, родине, друзьям,
К родителям и к братьям или сёстрам,
Любовь к искусству... к жареным груздям,
К деньгам, подаркам и... к далёким звёздам.

Любви посвящены мильоны книг,
Картин, поэм, спектаклей, кинофильмов,
В которых отражён малейший миг
В подробностях. И к этому обилью
Возможно ли добавить что-нибудь,
Чтоб было интересно и полезно,
И можно ли по-новому взглянуть
На ту любовь, что всем давно известна?

Да, может, и не стоило бы, но...
Скажите, почему тысячелетья
Одно и то же страшное «кино»
Мелькает на истерзанной планете?!

Бесчисленные войны, мятежи,
Расстрелы, революции, восстания,
А если нет войны, то грабежи,
Убийства, развращённость, наркомания...

Скажите, люди, если о любви
Слагали песни сотни поколений,
То почему мир до сих пор в крови,
В пороках и в пучине заблуждений?!

Скажите, почему из года в год
Разумный человек - «венец природы» -
Ей вместо благодарности даёт
Смертельно ядовитые отходы,
Как варвар, истребляет всё вокруг:
Растения, животных безответных?
Ещё чуть-чуть, и может этот круг
Замкнуться катастрофой всепланетной!

Так где же та любовь, что мир спасёт,
Исправит разум и излечит души,
И прекратит кровавый хоровод,
И слёзы человечества осушит?

И всё ли нам известно о любви?
Скажите, люди, если мы не можем
Любовью силы тьмы остановить,
То что же нам тогда ещё поможет?!

IV.

Стары вопросы эти. Много раз
Мыслители давали их решенье.
И знает большинство немало фраз
О том, где пролегает путь к спасенью,
О том, что облегчить пороков груз
Лишь та любовь способна, о которой
Учил своим примером Иисус,
Показывая выход из раздоров.

Но знать - ещё не значит осознать,
В себе искоренить предубежденья.
И разума холодного печать
Душе не принесёт преображенья.

Такая бессердечная «любовь»
Всегда вела ко лжи и фанатизму,
Когда, переступая через кровь,
К далёкому шагали коммунизму,
Родных и близких в жертву принося;
Когда отряды рыцарей упорных,
На боевых знамёнах крест неся,
Рубили иноверцев непокорных;
Когда еретиков жгли на кострах,
Желая им любви и очищенья...
Жестокости, страдания и страх
Веками искажали всепрощенье.

Для истинной же к ближнему любви
Нужны не топоры и эшафоты,
Не одержимость путч осуществить,
А в собственной душе перевороты.

Для той любви не нужен шум большой,
А требуется, в общем-то, так мало:
За грешной человеческой душой
Увидеть в ближнем высшее начало,
Попробовать понять и возлюбить
Таким, какой он есть, не осуждая
(Мы все не без греха, не нам судить,
Как ищет путь во тьме душа чужая).

А высшее начало есть у всех,
И каждый в глубине подобен Богу,
У каждого своя дорога вверх,
Свой крест и приближение к итогу.

И Бог нас любит всех, как сыновей, -
И праведных, и тех, кто оступился,
Упал в болото низменных страстей,
В житейском лабиринте заблудился...

Он любит и готов всегда помочь
Услышавшим в себе Его советы,
Увидевшим мерцание сквозь ночь,
Раскаяться и путь продолжить к Свету.

И если мы действительно хотим
Спастись из заколдованного круга,
То надо сделать именно таким
И наше отношение друг к другу:

Уметь, подобно Господу, прощать
Обидчиков своих, хотя бы малость,
И местью перестать им возвращать
То зло, что в нас самих ещё осталось;

Уметь, подобно Богу, возлюбить
Неведомого ближнего – как брата,
И крест помочь нести, и осветить
Любовью на пути его преграды.

И если мы сумеем, то восход
Рассеет мрак душевный постепенно,
И Бог планету снова назовёт
Сияющей жемчужиной Вселенной.

- - - - - - -

Так просто очень сильно полюбить,
Но возлюбить, увы, не каждый может.
И душу окружающим дарить,
Желание награды уничтожив,
Способны, к сожалению, не все.
И так непросто этому учиться!
Веками пробивается посев -
Любви и высшей мудрости частицы,
Которыми одаривал Христос.
Но те, в ком эти зёрна дали всходы,
Кто духом укрепился и возрос
До собственной божественной природы,
Свою любовь другим передают,
Для будущего сея урожая,
Любой облагораживая труд
И мир вокруг себя преображая.

V.

Учитель, возлюбив учеников,
В них видит не «объекты» воспитанья -
Похожих друг на друга дураков,
В которых он заталкивает знанья, -
А личностей, различных по уму,
Во всём неповторимо уникальных,
Начавших трудный путь, и потому
Учитель тот стремится, максимально
В них индивидуальность сохранив,
Развить то, что дано им от рожденья,
И каждого настроить на мотив
Сознательного самообученья.

VI.

Политик, у которого в душе
Сильны законы высшего начала
И к ближнему любовь горит, уже
Не думает во что бы то ни стало
Противников всех переубедить
И, волю сжав в большой кулак амбиций,
На выборах с триумфом победить,
Чтоб к власти и богатству приобщиться;
Не думает, что только он один
И те, кто с ним едины иль не против,
Способны и страной руководить,
И выказать заботу о народе.

Политик тот к противникам своим
Относится с любовью и терпеньем,
Стараясь убедить их вместе с ним
Найти основу для объединенья.
Ведь цель одна - улучшить жизнь людей,
И нужно (до чего это банально!)
Из множества ведущих к ней путей
С любовью выбрать самый оптимальный.
И помнить, расшевеливая ум,
О том, что догматизма однозначность
Есть признак ограниченности Дум
И недопонимания задачи.

VII.

Ну а поэт (да и не только он,
Но каждый, кто идёт тропой искусства),
Который сквозь обыденности сон
Реальности иной изведал чувство –
Любовь ко всем живущим на земле,
К единому началу мирозданья, –
Такой поэт блуждающим во мгле
Показывает путь к самопознанью
И в творчестве возвышенном своём
Стремится отразить благоговейно
Гармонию, разлитую во всём, –
Негаснущий источник вдохновенья.

Любовью высшей движимый поэт
Старается быть каждому понятным
И мудрости предвечной яркий свет 
Всегда предпочитает тёмным пятнам,
За внешней простотой, доступной всем,
Скрывает заповеданные смыслы,
Которые раскроются лишь тем,
В ком развиты душа и сила мысли.

Одни пройдут, другие наследят.
Любовь не избавляет от забвенья,
Но лишь её, в нетленный мир уйдя,
Оставить можно в душах поколений.

- - - - - - -   

Безудержный поток реки времён
За два тысячелетья новой эры
Оставил много памятных имён
Тех, кто явил великие примеры
Любовью просветлённого труда,
И верил, что хотя бы лучик света
Проникнет через страны и года
В глубины душ. Но... несмотря на это,
Нечасто можно встретить в наши дни
Подобную любовь - она «не в моде»:
Открыв в себе духовности родник,
Рискуешь чудаком прослыть в народе.

И прибыли она не принесёт,
И недругов не сделает добрее.
И разве тот, кто душу отдаёт,
Превратности судьбы преодолеет?

И большинство людей (не «чудаков»)
В любви проходит ряд ступеней этих:
Влюблённость - в детстве, первой страсти зов -
Лишь в юности, затем - мечты о детях.

И только в зрелом возрасте, когда
Тщета мирская меркнет перед бездной,
Душа растаять может ото льда,
И хлынет в мир река любви небесной.

А «чудаки» печалятся порой
О том, человечество похоже
На юношу с неразвитой душой,
Который, опыт предков подытожив,
Качается и тренирует ум,
Считая, что духовное развитье
Не даст ему ни баснословных сумм,
Ни радости научного открытья;
Считая, что развитие души
В суровом мире вряд ли пригодится -
В нём для борьбы все средства хороши,
И подлости не следует стыдиться;
Что побеждает чаще всего тот,
Кто первым бьёт, не получая сдачи;
Тот, кто за счёт других идёт вперёд,
А не чудаковатый неудачник.

- - - - - - -
    
Всего лишь пару сотен лет назад
Такие рассуждения, возможно,
Навряд ли привлекли бы умный взгляд
И за душу не брали бы тревожно.

Но разум человеческий с тех пор
Развился до немыслимых пределов,
Сейчас уже бессмыслен даже спор
О том, что при бездушно-неумелом,
Корыстном применении ума,
А также при жестоком устремленьи
Учёных, чьи сердца объяла тьма,
Мучительная смерть и вырожденье
Грозят всему живому на Земле,
И после колоссальной катастрофы
Пройдут, быть может, миллионы лет
До нового Христа и до Голгофы.

И этот ужасающий разрыв
В развитии души и интеллекта,
Готовый, как болезненный нарыв,
Взорваться от малейшего дефекта,
Возможно сократить, стремясь к любви,
Такой же необъятной, как и разум, -
Способной человечеству привить
Устойчивость к опаснейшим «заразам»   
Крутых технократических идей,
Такой, чтоб мы в лучах её рассвета
Увидели бы множество путей
Духовной эволюции планеты.

- - - - - - -

Увы, призывы сеять доброту
Пока не наполняют в душах реки.
Когда мы переступим за черту?
В каком десятилетии и веке?

Поют с телеэкранов много лет
Красотки об одном и том же счастье -
О том, что ничего прекрасней нет
Тепла любимых губ и жара страсти.

Всё так же популярен сердцеед,
Который в ритме танго или вальса
Даёт в искусстве массовом совет:
Пришёл, увидел, соблазнил... расстался.

И есть ли магазин, где не лежит
Среди других романов триллер жуткий
О том, как романтический бандит
Отчаянно влюбился в проститутку?

Планету захлестнул поток любви,
Насыщенной насилием и сексом,
Способной в человеке подавить
Всё высшее, оставив лишь рефлексы!

И, видимо, причина пустоты,
Заполнившей «искусство для народа»,
Не только в том, что в мире суеты
Творенья духа не дают дохода.

В порыве вдохновенного труда
Возможно о любви поведать миру
Лишь то, что слышит сердце, лишь тогда.
А если слуха нет, сфальшивит лира.

- - - - - - -

О чём ещё сказать? Земной любви
Изобразить особенность какую?..
А может, про неведомый нам вид
Любви упомянуть - про неземную?

Учёные-романтики давно,
Исследуя космические дали,
По разуму собратьев ищут, но
При этом забывают, что едва ли
Захочет повзрослевший духом «брат»
Вступать в контакты с юношей незрелым,
Чей разум смог придумать автомат,
А совесть разрешила это сделать.

А если этот «брат» такой, как мы
(Не внешне, а по уровню развитья), -
Привыкший у природы жить взаймы
И спор решать путём кровопролитья?

Не обернётся ль разума контакт
Войной бездушных гениев? Кто знает...
И не многозначителен ли факт,
Что нам никто открыться не желает?

Быть может, чтобы нам установить
Позволили контакт, мы непременно
Должны суметь сначала возлюбить
Так высоко, как любят во Вселенной?

И нет предела этой высоте,
Как нет вершин вселенского порядка!
Любовь - в движеньи мира к красоте,
Доступна всем и вечная загадка.

август 1995 - март 1996, май 2021