Илистая тинка зеленела

Илистая тинка зеленела
Среди кувшинок, лилий, куширя.
Болотце ночью под луной бледнело
Чуть дымкой светлой поутру паря.

Заманивает в хладные ладони
Трясина в свете утренней зари,
И холодок той глубины покоя
Единым нервом чувствую души.

Я погружаюсь снова в то болото,
Приятен мне от тины холодок.
Бреду безропотно, как будто кто-то
Внушил - нет для тебя других дорог…

Я кожей чувствую болота сказку,
Уверен – где-то здесь моя стрела
Без тремора не чувствую опаску -
А вдруг ее лягушка обрела…

И вот стою пред ней в воде по шею -
Она с стрелой в обнимку, как награда.
От вида той лягушки я немею:
Зачем ты влезла в шкурку от банана!?

Ах, сердцу милая моя квакушка,
В двух шкурках прячешься до темноты.
Глазам душа не верит, не послушна,
Я знаю, что Царевна Лебедь ты.

Вот я коснулся лапок перепонок,
С желанием, но с виду невзначай…
Не понимаю, почему я робок?
Где тот предел и муки моей край?

Я пред Царевной в образе лягушки
Стою и погружаюсь в мрак болот,
И голова в той тине, как в подушке
Уже лежит, и заполняет рот

Трясины темной жижа вкуса мирта,
И скоро в ней я скроюсь с головой…
Мне мало слов! Бедна моя палитра!
Мой лягушонок… Утонул… Я  твой…

Тону, пузирики пустив рядами,
Раскинув свои руки в позе краба.
Под солнца, уж не для меня, лучами
К лягушке подплыла большая жаба…