Блеснула ярко и сверкнула,
Веселой песней зажигала,
Умчались годы 90е
С эстрады вдруг она пропала,
И песни были популярные
Их пела даже детвора,
Красивая была в то время
Певунья, девушка-жара!
Лариса Черникова
© Copyright: Сергей Сырчин, 2021
Свидетельство о публикации №121051507872
Свидетельство о публикации №121051507872
Рецензии
МОНОЛОГ ЧЕРНИКОВОЙ.
Я — Лариса Черникова.
Когда‑то я ярко блеснула на нашей эстраде. Девяностые… время кассет, дискотек, клипов по телевизору, когда песни разлетались по стране без соцсетей и интернета. Я выходила на сцену с весёлыми, лёгкими песнями — и видела, как залы загораются, как люди улыбаются, танцуют, поют вместе со мной.
Мои песни крутили по радио, по телевизору, их напевали во дворах, на школьных линейках, в лагерях. Их знали даже дети — та самая детвора, которая, может быть, не понимала всех слов, но чувствовала настроение. Я была той самой «девушкой‑жарой» — яркой, заводной, красивой, как тогда говорили, «звездой девяностых».
А потом… девяностые умчались. Время изменилось, музыка изменилась, да и я сама стала другой. В какой‑то момент я просто исчезла с большой эстрады. Для многих это выглядело так: была — и вдруг пропала. Песни остались в прошлом, в старых записях и воспоминаниях, а я ушла в обычную жизнь, в тишину, в свои дела и заботы.
Но знаешь, что удивительно? Проходят годы, а люди всё равно помнят. Иногда ко мне подходят и говорят: «Я вырос на ваших песнях», «Мы под них танцевали на школьных дискотеках», «Мама пела их на кухне». И я понимаю: то, что когда‑то казалось просто весёлой поп‑музыкой, для кого‑то стало частью детства и юности.
Я не жалею, что ушла со сцены так, как ушла. Каждый артист имеет право на свой путь: кто‑то до конца жизни в прожекторах, кто‑то выбирает тишину. Но в моей биографии навсегда есть тот яркий всплеск девяностых — время, когда я зажигала веселыми песнями и чувствовала, как мой голос и мой образ дарят людям радость.
И если сегодня кто‑то вдруг включает старый клип, узнаёт меня, улыбается и говорит: «О, это же Черникова!» — значит, я не зря тогда сверкнула на этой эстрадной небесной карте. Пусть ненадолго, но по‑настоящему.
Сергей Сырчин 05.12.2025 01:41 • Заявить о нарушении
Я — Лариса Черникова.
Когда‑то я ярко блеснула на нашей эстраде. Девяностые… время кассет, дискотек, клипов по телевизору, когда песни разлетались по стране без соцсетей и интернета. Я выходила на сцену с весёлыми, лёгкими песнями — и видела, как залы загораются, как люди улыбаются, танцуют, поют вместе со мной.
Мои песни крутили по радио, по телевизору, их напевали во дворах, на школьных линейках, в лагерях. Их знали даже дети — та самая детвора, которая, может быть, не понимала всех слов, но чувствовала настроение. Я была той самой «девушкой‑жарой» — яркой, заводной, красивой, как тогда говорили, «звездой девяностых».
А потом… девяностые умчались. Время изменилось, музыка изменилась, да и я сама стала другой. В какой‑то момент я просто исчезла с большой эстрады. Для многих это выглядело так: была — и вдруг пропала. Песни остались в прошлом, в старых записях и воспоминаниях, а я ушла в обычную жизнь, в тишину, в свои дела и заботы.
Но знаешь, что удивительно? Проходят годы, а люди всё равно помнят. Иногда ко мне подходят и говорят: «Я вырос на ваших песнях», «Мы под них танцевали на школьных дискотеках», «Мама пела их на кухне». И я понимаю: то, что когда‑то казалось просто весёлой поп‑музыкой, для кого‑то стало частью детства и юности.
Я не жалею, что ушла со сцены так, как ушла. Каждый артист имеет право на свой путь: кто‑то до конца жизни в прожекторах, кто‑то выбирает тишину. Но в моей биографии навсегда есть тот яркий всплеск девяностых — время, когда я зажигала веселыми песнями и чувствовала, как мой голос и мой образ дарят людям радость.
И если сегодня кто‑то вдруг включает старый клип, узнаёт меня, улыбается и говорит: «О, это же Черникова!» — значит, я не зря тогда сверкнула на этой эстрадной небесной карте. Пусть ненадолго, но по‑настоящему.
Сергей Сырчин 05.12.2025 01:41 • Заявить о нарушении