смерть

кончилось соврененье. настало старьё
мёртвые, нового поколения, кормили пулемёт
и с каждого стога сена пахло покойником
и в каждом колесе палка
и псов свора

а у псов на ушах жёлтые брелоки
и их ложные самки скулят на пол луны
и в сорванной атаке мертвецов, я одинокий
с перемоги я не перемог
и в морг - на ремонт

на столе скатерть неткана
в стакане отрава
на стали окалина
на полене плесень
на колене план
напали и завоевали
из-за того, что тесно, даже в монгольской дали

их окопы ухожены, жопы увлажнены
они уважаемы и не кровожадны
на них такая гипножаба, что добро пожаловать
весь хлеб пожрали, а крошки пусть полежат

и уже птицы не летят на юг
они летят на крошки
что там на юге?
тут еду дают и не дует
даже и не думай
тут мумиям уют
и даже если умер отпоют
в грунт вставят колышек
всея рукожопы

та-та-та, тра-та-та
экскаватор грохотал
из закатанных канав
в закат, и в нахуй
выковыривал с мозаик
то, что обязательно надо
выковыривать
чтоб коза ходила по воду

а в моем посёлке облака
снуют шакалы
штаны спускают, флаги
блокада этого всего
катафоты этого комфорта
с зубов отражают блики.
с кота и до собаки, от волка и до ножа
до выжженной земли

намертво, намертво мене полегчало
за день с похмелья
с портретами ильича
желаю каждому никите - найти где выйти
желаю каждому никите - на кителе всего кумача

и опять сначала