59 13 е Восхождение

Восемнадцать лет как один день, и снова поднимаюсь по ступеням этого санатория. Здесь всё знакомо и ничего не изменилось, начиная с поста охраны. Те же придирчивые старички-охранники, лишь форма у них другая. Люди, конечно же, не те самые, но их тут словно наштамповали под копирку лет на тридцать вперёд. Вы думаете, меня это огорчает? Вовсе нет, наоборот, я будто помолодел, вернувшись в это место. На территории санатория мне мило всё, исходил тут каждую тропинку и дорожку, отметил про себя сразу: наконец-то поменяли тротуарную плитку, и кое-что другое, а вот скамеек, тех, советских, мне очень жаль, вместо них поставили другие, срок их службы будет гораздо меньше. И ещё одно новшество: нас провели не через парадную, а боковую дверь, правила так называемого карантина. Оформились и получили назначения на процедуры быстро, пообедали. На приёме пищи остановлюсь немного подробнее. Стол нам достался под номером 5. Не успели расположиться и приступить к обеду, что-то нависло надо мной, я это почувствовал, не оглядываясь. Чья-то рука коснулась моего плеча, затем послышался голос: "Вам придётся встать, я не пройду." Я поднялся со стула и оглянулся, за мной стояла молодая женщина огромных размеров, за ней - высокий седой мужчина, как выяснилось чуть позже, её муж. Она расположилась рядом со мной, заняв две трети нашей половины стола, мне даже пришлось сдвинуться со своим стулом на самый край. С этого самого дня начались наши разговоры о том, о сём, которые состояли больше из монолога молодой особы, вечно всем недовольной. Суп был неправильно приготовленным, каша гречневая была не паровая, салат из огурцов и тот чем-то не устраивал нашу соседку. Теперь у нас было желание приходить в столовую или попозже, или пораньше, но эта пара, словно по злому умыслу, приходила вместе с нами. Через три дня я сдался и просто молча ел быстро, чтобы как можно меньше времени проводить в компании с ними.
После обеда мы ходили гулять по окрестностям, а в первое же воскресенье отправились на гору Машук. Для меня это было 13-ое восхождение. Именно так определял этот подъём на вершину местной горы. В этот раз мы отправились на неё, прихватив ещё двух желающих взобраться на макушку Машука. Маршрут тропы кем-то был немного изменён в сравнении с прошлым, но ориентировался я хорошо в этом лесу, да и заблудиться здесь было практически невозможно. Вокруг тропы в лесу было повалено много деревьев, видимо, ураган прокатился по склону, но не в этом году, а ранее, это определялось по старости сломов стволов. Обычная мёртвая тишина зеленеющего, весеннего леса изменилась, птицы, которых я здесь никогда не слышал раньше, вовсю распевали свои красивые песни, иногда они пролетали над нашими головами. В основном соревновались в пении самцы дроздов, привлекая самок. Мы шли вверх, изредка останавливались, весело разговаривая. Но чем выше мы поднимались, тем короче становились наши беседы. До вершины оставалось 150 метров, и тут нам пришлось потрудиться: гора стала крутой, и камешки, вылетая из-под ног, устремлялись вниз. Наконец-то мы вышли из зарослей кустарника на лысую макушку Машука. Народ кишел вокруг нас в этот выходной день. Немного передохнув на скамеечке под старой корявой сосной, мы, помахав рукой спускающимся в вагончике канатной дороги отдыхающим, отправились в обратный путь, но уже другой дорогой. Новая выбранная мной тропа была более крутой и живописной. Огромные каменные природные ступени, деревья, скалы, огрызки плитняка, уезжающие из-под ног, порою уносящие нас на себе. Мне нравилось. Только не радовало небо, оно было хмурым, и домов у подножия горы в этой серости почти не было видно. Я спускался первым, иногда оглядываясь на своих спутников. Всё было нормально определил я по их виду. И  решил, что можно свернуть с нахоженной тропы. Но тут я просчитался, не рассчитав силы путешественников. Новая тропка быстро закончилась, и теперь мы пробирались наощупь, иногда преодолевая буреломы. Я поглядывал направо и налево, так как мы продвигались по ущелью. Там,на вершинах хребтов точно, были лучшие тропы, чем та, по которой мы шли. Но в то же время я смотрел и на путешественников, они бы не смогли взобраться ни на один из этих склонов по моему мнению. В мой адрес от них слышались обвинения, что завёл их, словно Иван Сусанин, и хочу их погибели. Что мне оставалось? Немного врать, для их же успокоения, показывая вперёд рукой и утверждать, что вот она, равнина, и мне видны крыши домов. Так в конечном итоге и случилось. Мы наконец-то увидели перед собой дорогу ведущую в город. Это небольшое, случайное событие мне понравилось, и теперь я знал, что и тут, в этом месте, можно спуститься с горы, а что до товарищей моих, так это их дело, следовать ещё куда-то за мной или нет. Все были живы и здоровы, но немного измотаны непредвиденными препятствиями. Так начались наши приключения в моём любимом городе и санатории, о котором я скучал долгие годы, ведь именно с него и началось моё знакомство с удивительным краем под названием Северный Кавказ.