Письмо Никому
Смертности неизвестно тяжёлое бремя.
Нет печали потери и тоски одиночества,
У вашего, о милейшее Время, высочества.
Хлыстом бьёте по спине и маните глаза морковью,
Вот и бежим, ослы, понукаемые голодом и кровью,
Что больнее всего - не слышно ни смеха, ни слёз
Все только понимающе кивнут или бросают навоз.
И что впереди, там, за этим злосчастным корнеплодом?
Такая же пропасть, как за нашим собственным задом...
Вы скажите, Иван, что же вы прикидываетесь гадом?
Всё растёт и цветёт, будто благость объяла всё разом.
Не растёт.
Не цветёт.
Не объяла.
падает на лицо занавес одеяла.
падает, словно в последний раз,
уходят глаза за хлопковой негой,
уходят губы твои в прозрачное небо.
Свидетельство о публикации №121041503774