Мессир или хроники Воланда часть 882

Мессир или хроники Воланда

Созданные в большом количестве детские дома, «дома ребенка», детские коммуны, колонии, интернаты и другие детские учреждения, эвакуация детей в благополучные районы, кампания по усыновлению беспризорных и другие меры дали свои результаты.

Кстати, колонии не носили нынешнего характера «исправительно-трудовых», как многие полагают сейчас. Достаточно обратиться к трудам А. С. Макаренко, чтобы убедиться в этом.               

Количество беспризорных и безнадзорных детей в стране резко сокращалось. Может быть, это простое совпадение, но памятник Ф. Э. Дзержинскому был воздвигнут там, где высятся здания не толы* спецслужб, но и универмага «Детский Мир».

По просьбе Ф. Э. Дзержинского, перегруженного работой в ОГГ Наркомате путей сообщения, а также в ЦК РКП(б), осенью 1923, год„ он был освобожден от руководства комиссией, работа которой была уже налажена, но до конца дней не переставал заботиться о детях. Ф. Э. Дзержинский ушел из жизни в 1926 году, не успев полностью завершить начатое дело. Несмотря на все принятые меры, в 1926 году в СССР оставалось еще около 290 тыс. беспризорных детей.

Накануне Великой Отечественной войны позорное явление беспризорности в стране было практически ликвидировано.

Детские колонии и коммуны НКВД существовали до самой войны. Двумя из них (имени Ф. Э. Дзержинского и А. М. Горького, которые при объединении получили имя Ф. Э. Дзержинского) руководил великий педагог А. С. Макаренко. Как-то на вопрос о своих наградах он ответил: «Золотые часы от имени НКВД».

Из числа бывших воспитанников детских учреждений для беспризорных выросли сотни тысяч тех, кто встал грудью на защиту Родины в год Великой Отечественной войны. Война принесла народу новые страдания, в том числе и всплеск детской беспризорности. Но уже несколько лет спустя с ней было покончено.   Сейчас, в 2003 году, в мирное и неголодное время, в России, по разным данным, насчитывается от 2 до 3 млн. беспризорных детей.

Хрестоматийная операция «Синдикат-2» известна многим. Тем не менее книга о великих операциях разведки была бы неполной без хотя! бы краткого рассказа о ней. Эта операция интересна не только сама по! себе, но и тем, что стала образцом для многих других, проведенных российскими разведчиками в последующие годы.

После окончания Гражданской войны белогвардейские силы, разоб-1 щенные и изолированные друг от друга, уже не представляли серьезной! опасности для советского строя. Однако в союзе с империалистическими разведками и внутренней контрреволюцией они еще могли причинить немало бед. Белая эмиграция, насчитывавшая от полутора до 2 млн.  человек, имела остатки армии, издавала свыше полусотни газет и поддерживала многочисленные связи с международным капиталом. Из ее рядов разведки вербовали агентуру, создавали многочисленные антисоветские эмигрантские организации, строившие планы интервенции и свержения советской власти.

В эти годы основные акции, проводимые ВЧК — ОГПУ, были направлены не столько против иностранных разведок, сколько против различных зарубежных антисоветских центров^ и их филиалов в России. Сейчас многие относятся к ним как к некоему подобию «Меча и Орала», высмеянного Ильфом и Петровым в «Двенадцати стульях», но в те времена это были боевые, действенные организации, состоящие из молодых людей, рвавшихся в бой и представлявших серьезную опасность.

Одним из таких центров был «Народный союз защиты родины и свободы» (НСЗРиС), который возглавлял Борис Савинков, эсер, террорист, приговоренный к смертной казни царским судом; министр Временного правительства; организатор антисоветских

. мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме; участник Первой мировой войны в рядах французской армии и Гражданской войны в России на стороне белых — Краснова, Колчака, мятежных чехословаков; создатель так называемой Русской народной армии, воевавшей на стороне польского правителя Пилсудского; лютый враг советской власти; незаурядный писатель. В общем, яркая и колоритная фигура.

В начале 1921 года, находясь в Польше, Савинков создал новую военную организацию — НСЗРиС. Ее вооруженными формированиями руководил полковник С. Э. Павловский. На создание НСЗРиС болезненно реагировало советское правительство, и после его ноты поляки предложили Савинкову покинуть страну. Он перебрался в Париж.

К этому времени на территории России уже было арестовано около 50 активных членов этой организации. Состоялся открытый судебный процесс, на котором были выявлены связи Савинкова с польской и французской разведками, подготовка мятежей и иностранного вторжения. Были получены сведения, что еще в январе 1921 года Савинков в своем обращении к военным министрам Франции, Польши и Великобритании указывал, что после падения Врангеля он представляет единственную «реальную антибольшевистскую силу, не сложившую оружия».

То, что савинковцы «не сложили оружия», доказали кровавые рейды отрядов полковника Павловского по территории Советской Белоруссии, когда десятки мирных граждан были убиты, растерзаны, изнасилованы бандитами.

Имея агентуру в России, Савинков снабжал шпионской информацией генеральные штабы Польши, Англии и Франции, за что получал немалые деньги: от французской миссии в Варшаве 1,5 млн.   от польского генштаба 500—600 тыс., а от МИДа Польши 15 млн,  месячного поступления шли и из других источников, в том числе от рижских капиталистов, вовремя пристроивших свои деньги за рубежом.

Агенты Савинкова занимались не только шпионажем, но и диверсиями, террором и организационной работой по созданию многочисленных ячеек и резидентур на советской территории, подготовкой к открытому вооруженному выступлению, первоначально намеченному на август 1921 года. Савинков рассчитывал, что успеху восстания будут способствовать трудности, связанные с хозяйственной разрухой и голодом в губерний.

Однако, приняв в 1921 году нэп и заменив продразверстку продналогом, Советское правительство изменило внутриполитическую обстановку в стране, лишило Савинкова опоры на массы, тем самым нарушив его планы. Тем не менее он не унимался. Он произвел реорганизацию, «Союза» и продолжал подрывную деятельность, стремясь восстанови связи с агентурой и действовавшими в России агентами.

По указанию Ф. Э. Дзержинского, органы ОГПУ (Объединение Государственное Политическое управление, сменившее ВЧК), воспользовавшись намерениями Савинкова, разработали операцию под условным названием «Синдикат-2» для установления контакта с Савинков кими центрами в Париже, Варшаве и Вильно через якобы существу шую антисоветскую организацию и для вывода Савинкова на совете» территорию.

Летом 1922 года при нелегальном переходе польско-советской ницы был задержан видный деятель «Союза» и доверенный сотрудник Савинкова Леонид Шешеня, направлявшийся в Смоленск и Москву установления связи с ранее заброшенными агентами Герасимовым  Зекуновым, которые были на основании его показаний арестованы. Герасимов был осужден, его подполье — свыше 300 человек — разгромлено, а Шешеня и Зекунов завербованы для работы против Савинков

К этому времени был разработан план, включавший легалезацию на территории России контрреволюционной организации «Либеральные» демократы» (ЛД), которая якобы была готова к решительным действ ям по свержению большевиков, но нуждалась в опытном политической руководителе, каковым она считала Б. В. Савинкова.