Смерть листоуборочной машины
ведь главное – здоровый дух, а сердце – лишний орган.
Но этот лист... Он так сверкал, весь свет увидев свысока,
играл у ветра на руках – и я впервые дрогнул.
На свет, кружась, летел листок – хоть я их видел тысяч сто,
органом зазвучал мотор, и не было в нём фальши.
Вдруг – в двигателе перебой. Я понял, что такое боль –
и я боролся сам с собой, но знал, что будет дальше:
опять, послушно-молчалив, с холодной замершей земли
я подберу погасший лист, спрессую в ком с другими:
им вместе в пламени пылать... И ночь опустится стремглав,
и небо выгорит дотла, и солнце тоже сгинет.
И я шептал: "Лети, играй!" – Не верил больше в ад и рай,
пытаясь заглянуть за край. Мотор чихал надсадно,
и понял я, что мне пора, и замер посреди двора...
А яркий лист не умирал – и падал, падал, падал...
Свидетельство о публикации №121040401266